— Ты сам сказал — информация за информацию. Ты обвиняешь меня постоянно в том, что я что-то скрываю. Теперь секреты есть у тебя. Что у тебя есть? — Клеон говорил осторожно, пытаясь не сорваться.
Эдвард о чем-то размышлял. Конечно, он не должен этого делать. Но сдать образец в лабораторию подразделений безопасности означало прослыть сумасшедшим. Клеону почему-то Эдвард начал по-настоящему доверять. Да и потом, перед ним известный на весь мир генетик. Кто лучше него сможет разобраться и найти настоящие ответы на очень странные вопросы.
— Пойдем, покажу, — принял наконец решение Эдвард.
Клеон быстро пошел за Эдвардом. Ну конечно, что еще могло стоять у старого дома маленького городка? Мощнейший пуленепробиваемый броневик. Окруженный как минимум десятью до зубов вооруженными агентами.
Они подошли к автомобилю, Эдвард незаметно кивнул головой и два агента с трудом открыли бронированную дверь. Внутри был виден небольшой предмет, завернутый плотно в защитный брезент. Клеон не заметил, как от волнения вдавил со всей силой ногти в ладони.
— Что это? — Пересохшим голосом спросил Клеон, понимая, что с таким сопровождением могли привести только нечто безумно важное.
— Мои агенты следили за тобой, когда тебя нашли мокрого на берегу океана, — Эвард говорил ровным голосом. — Я тоже там был. В бреду ты постоянно говорил о склепе, и о доказательствах. О каком-то ящике, который закопан глубоко под песком. На месте разрушенных прибрежных скал.
Клеон, казалось, перестал дышать. Именно это он помнил, легенду о Праматери, первой, принесшей потомство, чьи останки закопали в склепе.
— Мы тоже не бойскауты, мои агенты натренированы на решение самых опасных задач, — Эдвард, очевидно, должен был подчеркнуть профессионализм своего подразделения с учетом противостояния неизвестным, как оказалось, науке сущностям. — Мы следили и в этот раз. И лучше подготовились.
— Теперь я понимаю, почему, когда мы за несколько секунд добежали до того, что осталось от поселка и от прибрежных скал, на берегу были огромные маслянистые черные пятна, — агент не сдержался, и передернул плечами. — Надеюсь, ты все-таки нафантазировал. Хотя другого объяснения у меня нет. Все в черном, очень высокие, взялись ниоткуда и исчезли в никуда.
— Тебя долго искали, и когда нашли, ты нес весь этот бред про какой-то склеп, под песком. — Эдвард задумчиво смотрел на брезент в бронеавтомобиле.
— Мы вернулись, выставили как обычно полную охрану, на случай если противник вернется. — Агент рассказывал вещи, которые, конечно, для служб безопасности, были очевидными. — Ты довольно точно указал место, где должен был быть закопан какой-то ящик. Мы раскопали. И достали вот это.
Клеон не отличался хорошей физической формой, но запрыгнул в машину со скоростью пантеры. Он метнулся к ящику и нетерпеливо развернул брезент.
Теперь он и правда перестал дышать.
На мокром брезенте стоял небольшой прямоугольный ящик, сделанный из цельного куска базальта. На черной переливающейся маслянистым блеском поверхности ярким золотом с красным оттенком были выжжены неизвестные квадратичные символы. Клеон не мог оторваться от странного предмета.
— Что здесь все-таки такое? — Эдвард посмотрел на Клеона, потом на черный ящик цепким, прищуренным взглядом.
— Господи! Вы же не пытались это открыть? — Клеон чуть на закричал.
— Настолько тупыми агенты быть не могут, — Эдвард явно говорил с издевкой. — Нет, никто это не открывал. По первому осмотру ящик и открыть то невозможно. Такое ощущение, что это цельный кусок базальта.
— Ты знаешь, что здесь? — Повторил вопрос агент.
— Точно я и сам не знаю, — задумчиво сказал Клеон, пытаясь скрыть возбуждение. — Господи! Если я прав, ты понимаешь, что это значит?
— Еще нет, надеюсь ты мне разъяснишь! — Снова ухмылка.
— Доказательство! — Клеон прошептал почти с благоговением. — Останки. Скелет первой женщины, родившей и вынесшей на берег, так скажем, скрещенное существо. По легенде длилось это сотни лет. Праматерь. Женщине поклонялись, как богине, и вырубили в пещере склеп, где и похоронил останки.
— И что нам это даст? — Эдвард поднял брови.
— Материал. Это же скелет женщины, которая неоднократно рожала скрещенных. — Клеон и правда словно читал молитву, неизвестно, правда, кому. — Мы можем найти сам вирус. Основу первородной материи.
Он снова видел страшные сны. Покрытая кромешной тьмой черная первозданная планета. Холодная, скользкая, текучая лава живой черной плоти. Аморфная бесформенная материя, само-зарожденная в нестерпимом жаре, не имела и толики самосознания, чтобы остановиться хоть на какой-либо форме.
Протоплазма. Неисчислимый хаос. Необъятное поле соединяющихся и распадающихся клеток само-зарожденной материальной субстанции. Немыслимые сплетения и сращения, которые тут же трансформировались в нечто совершенно другое. Власть хаоса и ложной свободы.
Несмотря на надругательство в буквальном смысле над всеми законами мироздания было во всем этом клеточном хаосе и что-то привлекательное.
