Анагиана стремительно теряла остатки сил. Слишком долго она не поглощала сознание других людей, и первородная сущность медленно умирала.
— Клеон! Ты намного сильнее всех Первородных! Даже сильнее Правителя Энерона. Не бойся их, слышишь? — Анагиана пыталась передать то, что чувствует, но сил недавно возрожденного сознания было слишком мало.
Она посмотрела прямо Клеону в глаза. В последний раз пытаясь передать собственные образы и представления. Перед внутренним взором Клеона замелькали картины. Темная ночь, идущие к озеру маленькие девочки.
Страшная догадка медленно окутывала мозг. Клеон с детства обладал феноменальной памятью. Он помнил все имена и события с раннего детства. И, конечно, помнил имена всех девочек, пропавших в его городе у Темного озера, когда ему было двенадцать лет. Глаза Клеона медленно расширялись и губы, не подчиняясь разуму, почти шепотом произнесли:
— Виола…
Он учился в четвертом классе. В параллельном классе училась невероятно красивая девочка. С ярко-голубыми глазами и длинными черными волосами. Девочка безумно нравилась Клеону. Он часами наблюдал за ней со стороны, но так и не осмелился подойти, а девочка не обращала на странного мальчика никакого внимания. Господи, сохрани и помилуй, да что происходит?
— Этого не может быть! Что с тобой произошло? — прошептал Клеон, понимая, что женщине, которая стоит прямо перед ним должно быть столько же лет сколько и ему. Тридцать шесть лет. Только Анагиану никто не видел последние двадцать четыре года. И теперь женщина умеет разлагаться до жидкого состояния первородной материи и собираться обратно.
Клеон явно не успел задать все вопросы, потоком поднявшиеся в застывшем мозге. Да что же, ради всего святого, происходит?
Женщина замерла. Свое настоящее имя она не могла вспомнить, но, когда мужчина, которого вопреки законам мироздания, полюбила больше жизни, произнес давно забытое имя, воспоминания заполнили черную пустоту. Вихрь ярких образов ворвался в возрождающееся после долгого сна сознание. Единственной точки, похороненной в слизи черной первородной материи оказалось достаточно, чтобы душа медленно озарилась неземным светом.
Она вспомнила. Вспомнила все! Свое имя. Дом. Родителей. Подруг.
Вспомнила, как ей понравился высокий красивый человек в блестящем черном одеянии, рассказавший об исполнении желаний и об удивительных проходах в другой мир. Вспомнила о том, насколько была глупой, что поверила, отправившись добровольно в самое в сердце черной бездны.
— Так меня раньше звали, в далекой прошлой жизни, — женщина попыталась улыбнуться, и лицо практически стало человеческим.
Возможно, в другой ситуации у необычной любви между рассеянным ученым и только пробуждающейся от долгого сна женщиной был бы шанс. Может бы чистого Света оказалось достаточно, чтобы вернуть искалеченной и измученной женщине сознание. Красивые и счастливые, возможно, они гуляли бы под луной, держась за руки, прерываясь на томные страстные поцелуи.
Только они стояли на краю стометровой скалы, и прямо перед ними собиралось из зловонной черной плоти самое могущественное существо на планете. Способное уничтожить не только их, но и все живое. Анагиана прекрасно знала, что получила четкое задание уничтожить человека, который знал теперь места выхода Первородных. Но теплое и светлое чувство к человеку оказалось сильнее безумного ледяного страха перед самим Правителем черной бездны Энерона. Она больше не боялась.
— Спасибо, что вернул мне душу… — Анагиана тихо выдохнула и подошла почти вплотную к Клеону.
Если бы Клеон знал, что женщина собиралась сделать, конечно, он не допустил бы этого. Он сделал бы все, чтобы спасти ту, которая непонятным образом стала очень дорогой. Неизвестно, правда, каким образом. Только Анагиана прекрасно знала, что ничего вернуть уже нельзя.
Она улыбнулась, и посмотрела прямо в глаза любимому человеку, пытаясь запомнить блаженный разливающийся по телу горячий огонь.
Пламя истинной жертвенной любви.
Анагиана на удивление все правильно запомнила, и она долго готовилась. За спиной женщины громадное лоснящееся черное тело собиралось в единое целое, и до решающего момента оставались буквально секунды.
Клеон похоронил в себе под грудой человеческих переживаний собственную сущность. Но Анагиана точно знала, что яркий титановый свет, струящийся из серых кристальных глаз любимого мужчины, способен уничтожить без остатка не только этот проход, но всю бездну Энерона.
Наполненная неземной радостью, что смогла вернуть собственную душу и испытать настоящую любовь, Анагиана стала прямо под титановый свет.
Механизм она запомнила правильно. В ответ на нападение первородной материи появится яркий свет. Уничтожающий и беспощадный.
В последний раз глаза женщины затянулись маслянистой жидкостью, и стальные точки вокруг глаз Клеона собрались в единую титановую пластину.
Клеон, если бы даже захотел, не смог остановить неземную силу мощнейшего титанового потока, который по своей природе был полностью противоположным проклятым обитателям бездны.
