И все же она решилась на это. Отпросилась у леди Маргарет, сославшись на неотложные дела в городе, оставила маленькую Мэл на ее попечении, взяла лошадь и отправилась за город в лес, чтобы обратиться к матушке земле, к ее природной, самой отзывчивой стихии.
Оказавшись далеко от возможных свидетелей, она спешилась, привязала лошадь у сосны и углубилась дальше в чащу. Лесные звуки не мешали ей, наоборот. Лес словно говорил с ней, рассказывая только ему одному известные тайны. Это кровь дэйвов пробудила его, заставила признать родственную душу. Так она узнала, что неподалеку течет небольшой ручеек, а если пройти еще чуть вперед, то можно выйти на чудесную солнечную поляну, где летом можно собрать несчетное количество земляники. Леди решила, что поляна, полная тепла и света, станет прекрасным местом для разговора с Пресветлой богиней, матерью всего сущего, самой жизни на земле. Лес одобрительно зашелестел, обещая уберечь гостью от посторонних глаз.
Разговор с богами требовал не только правильного места, но и правильного настроя. Поэтому, оказавшись на поляне, леди Генриэтта начала раздеваться. Оставшись нагой, как и пришла в этот мир, женщина начертила круг и символы по каждой стороне света, как когда-то давно учил ее отец, и как никогда она не будет учить дочь. Встала посредине и воззвала к Великой богине, матери всей земли, всего доброго и светлого, что было в мире. Долго, больше часа она сидела в позе лотоса в центре круга, прислушиваясь к тихому щебетанию птиц в отдалении, и дернулась от неожиданности, когда в расслабленном сознании вдруг возник вопрос:
"Что ты хочешь, дитя?"
- Забери дар моей дочери, спаси ее от боли знания.
"Я не в силах забрать, что даровано".
- Тогда подскажи, как спрятать, как запереть этот дар?
"Ты так боишься ее будущего, дитя".
- Она - моя дочь. Плоть от плоти моей, ты тоже мать, ты должна понять.
"Я понимаю. Но, заперев дар, ты ничего не изменишь. Ее судьбу не переписать".
- Почему?
"Потому что она важна".
- Для кого?
"Для мира".
- Это мы еще посмотрим, - упрямо ответила женщина.
"Глупая, тобой руководит страх".
- Она, моя дочь, я имею право бояться.
"Как знаешь, - прошелестело божество. - Но такая просьба не пройдет без последствий. Готова ли ты на это?"
- Да! - не задумываясь, ответила леди Генриэтта.
"Тогда твоя просьба будет исполнена, дитя" - ответил голос, и все пропало. На женщину навалилась такая усталость, что она едва могла разлепить глаза. Опустившись на траву, пролежала без движения до самого вечера, пока теплый ветерок не заставил ее шевелиться.
- Спасибо тебе лес, спасибо лесной владыка, - поблагодарила леди Генриэтта, оделась и медленно побрела к лошади. Тогда она все думала о разговоре с богиней, но и сожалеть она себе запретила. Что сделано, то сделано, главное, чтобы это вмешательство не усугубило ситуацию еще больше.
Еще на подходе к дому она увидела одинокую фигуру Сороса, который должен был сейчас быть у побережья, вместе с Бертраном. Он выглядел усталым и измученным, но глаза сияли, как два бриллианта, от ярости.
- Что вы наделали? - накинулся он на нее.
- Что? Что с моей дочерью?
Леди кинулась было в дом, но он жестко схватил ее за руку.
- С ней все в порядке, успокойтесь. Я не о том. Я о леди Ровенне.
- А причем здесь леди Ровенна? - не поняла женщина, ведь ее заботила совсем другая судьба.
- Сегодня ночью королева скончалась.
- Что?! - леди покачнулась, настолько ее потрясла эта новость. - Как? Как это случилось?
Точно так же, как у леди Маргарет. Ранние роды, сильное кровотечение, пуповина, обмотанная вокруг шеи ребенка. Никто ничего не смог сделать. Слишком поздно королева обратилась к целителю, промучилась полночи, надеясь, что все прекратится, слишком поздно целитель признался в своем бессилии, слишком поздно послали за доктором. Все слишком поздно. Это был какой-то ужасный рок судьбы или чья-то злая воля.
- Нет, Ровенна не настолько безумна! - вскричала леди Генриэтта, поняв, на что именно намекал Сорос.
- А рожать от другого ребенка и выдавать его за сына короля - это разве не безумие? Вы породили монстра.
- А вы взрастили его, - вернула леди его же обвинение. - Что помешало вам все рассказать? Что?
- Любовь.
- Тогда и вы меня в любви обвинять не смейте.
- Мы с вами убили две невинных души.
- Да, и каждый из нас понесет свое наказание, господин Кради. А сейчас, извините меня, но я должна быть рядом с леди Маргарет. Я должна ей помочь. В конце концов, Арвитан потерял королеву, но она потеряла дочь. Нет боли хуже для матери.
Ей ли не знать. Ведь она видит и переживает это каждый день, в своих собственных кошмарах.
Войдя в дом, она первым делом пошла к дочери. Мэл мирно спала в своей кроватке. Леди Генриэтта не хотела тревожить ее, но девочка проснулась и посмотрела на мать совершенно чистыми, детскими, свойственными всем пятилеткам глазами.
- Мама, ты вернулась.
- Да, дорогая, - облегченно вздохнула она, целуя дочь в холодный лобик.
- И никуда больше не уйдешь?
- Нет, не уйду. Мы теперь всегда будем вместе. И очень скоро поедем в чудесный город. Знаешь, как называется?
