Тем временем, служанка открыла дверь ее новой спальни, показала, где можно взять чистое белье и полотенца, предупредила о завтраке и ужине, и поспешила откланяться. А леди Ровенна подошла к окну, все еще погруженная в свои невеселые мысли, отодвинула тяжелую портьеру и восхищенно вздохнула от представившегося вида на сам дворец, большой, величественный и такой… такой желанный. Ведь где-то там, в глубине есть он, мужчина ее грез и мечтаний. Что он делает сейчас? О чем думает? Вспоминает ли о ней? Как бы она хотела обернуться птахой, выпорхнуть из окна и полететь туда, к нему навстречу.
Когда-нибудь так и будет, когда-нибудь она сможет свободно входить туда, куда захочет, и видеть его так часто, как сможет, когда-нибудь, а сейчас… сейчас ее ждет маскарад и самое важное дело, от которого будет зависеть вся ее дальнейшая судьба.
Король, вопреки ожиданиям леди Ровенны находился в это время вовсе не во дворце, а в особняке губернатора Эссира, Ричарда Колвейна. В столице этот человек был самой влиятельной фигурой сейчас, за одним исключением, конечно.
Губернатор — единственный ставленник предыдущего Солнечного короля, которого не смогла или не захотела сместить Кровавая королева. В начале своего правления она была на удивление дальновидной и предпочла не настраивать против себя жителей столицы, а после ей стала импонировать позиция губернатора. Он не вмешивался в ее политические дела, а она давала ему полный карт-бланш в столице. Его интересовал только город, провинция и жители.
Как тогда, так и сейчас столица была самым просвещенным, самым богатым и самым чистым городом Арвитана. Здесь было отлажено все: от водоснабжения города, до утилизации отходов. Если в других городах можно было увидеть мусор в переулках, и зловонные реки сточных вод в сливных канавах, которые издавали убийственные запахи, порождали засилье крыс, несущих болезни, то в Эссире ничего такого и в помине не было. За мусор на улице давали штрафы, а сточные канавы давно засыпали землей. В создании водной инфраструктуры когда-то помогли маги, весь город теперь был опутан трубами, через которые поступала вода и сливались нечистоты. Также губернатор активно продвигал программу поддержки бедняков и нищих. В городе действовали два приюта, в которых такие люди могли получить и медицинскую помощь, и кров, и пищу, и даже работу. А за порядком следила самая мощная организация Эссира — тайная полиция.
Королю очень нравилось устройство города, в особенности идея обеспечения правопорядка. Не устраивало только одно, все эти инфраструктуры подчинялись не ему. Что говорить, в Эссире царил губернатор, не король, и с этим надо было что-то делать.
Когда накануне он задался этой проблемой, то ждал от своих друзей и соратников дельных предложений. Двоевластия в его стране не должно было быть, ни в каком виде. Проще всего было бы избавиться от помехи, но губернатор очень умный, прагматичный человек, с которым лучше дружить, чем воевать, к тому же Александру пригодилась бы его поддержка и советы.
Вот только как этого добиться? Как перетянуть этого сильного политика и его влиятельное окружение на свою сторону? Или скорее, как сделать так, чтобы все они перестали вспоминать Кровавую королеву и начали думать о будущем, о том будущем, которое он хотел построить?
— У губернатора есть дочь, — ожидаемо напомнил Сорос. Король и сам много думал об этом, но пока ни к какому конкретному решению так и не пришел.
— Говорят, она совсем не дурна, — поддержал Феликс, усевшись прямо на стол, как какой-то лицейский сорванец. — Если захочешь, я разузнаю о ней.
— У своей знакомой мадам Картуж? — хмыкнул Сорос.
— А почему нет, — лучезарно улыбнулся он. — Эта мадам просто кладезь весьма полезной и ценной информации. С ней нужно дружить и помогать, по мере возможности.
— Это ты как придворный повеса сейчас говоришь, или как шпион?
— Как тот и другой одновременно, — снова разулыбался Феликс. — Чего только не расскажут мужчины, когда их обнимает знойная красотка.
— По своему опыту судишь? — хмыкнул, почему-то хмурый сегодня, Андре.
— Сознаюсь, было дело. Познакомился я как-то с одной цыпочкой, красивой, сладкой, а какие у нее были руки…ммм… а что она ими вытворяла…
— Девка шпионкой оказалась?
— Еще какой, — продолжал радоваться Феликс. — Я ей все свои секреты выложил, что ненавижу кашу, люблю хорошо поесть и предпочитаю рыжих.
— Постой, постой, это не та ли девица приковала тебя к кровати и бросила в той убогой гостинице? — припомнил Андре.
— Ага, она самая. Ах, какой она была страстной. А какие искры из ее глаз сыпались, когда поняла, что я тоже шпион, — мечтательно закатил он глаза, но через секунду вся веселость сползла с его лица, словно маска и он сказал:
— Знаешь, Алекс, эта мадам одна стоит всей нашей шпионской сети.
