Часть этого письма касалась третьей Солнечной королевы. Леди Генриэтта писала, что если королева выживет, если родит королю долгожданного наследника, то судьба ее дочери пойдет по иному пути, она будет спасена, но если нет…
«Меня пугает неизбежность, с которой судьба подталкивает мою дочь к гибели, а я борюсь с этим каждый день, пока жива, пока дышу. Но если так случится, что мои старания окажутся напрасными, если они найдут друг друга, прошу, отдайте Мэл это письмо, расскажите ей все, ведь если вы его сейчас читаете, значит, меня больше рядом нет. Прошу, берегите мою девочку, спасите ее, как когда-то она спасла ваше дитя. И да хранит нас всех Пресветлая от жизни, которую я видела в будущем. Ведь от того, встретятся они или нет, будет зависеть судьба не только Арвитана, но и всего нашего мира…»
Многие месяцы это письмо не давало покоя, гложило душу леди Маргарет. Хотела бы она хоть с кем-то поделиться своим знанием, но с кем? С мужем? Он не поймет. Ей оставалось только помогать по мере возможности, защищать и Мэл, и королеву Глорис, которую ей было искренне жаль. Ведь она каждый день наблюдала, как сбывается последнее пророчество леди Генриэтты.
Эти два года супружества стали тяжелым испытанием для юной королевы. Ее не учили придворным интригам, не рассказывали, как противостоять зависти и ненависти придворных, она не умела лицемерить и поэтому слыла простушкой. Ее так и называли — королева-простушка, и смеялись за спиной. Увы, у девушки совсем не было близких подруг, а все фрейлины, которых ей представляли, давно служили другой.
Леди Ровенна Элиран за долгие годы при дворе завоевала, а где-то даже заставила подчиняться и служить ей всех, двор, слуг, жителей Эссира, похоже, она поставила на колени целую страну, став самой влиятельной женщиной Арвитана, затмив во всем невзрачную третью королеву. Слишком сильно было ее влияние на дела, на политику, на короля и повзрослевшего сына. Она давно окружила себя верными людьми, мистиками и целителями с сомнительной репутацией. Король смотрел на это сквозь пальцы, и предпочитал дворцу замок в пригороде.
Королева была очень одинока, лишь только леди Маргарет иногда поддерживала ее, да леди Блант, заметно сдавшая за эти годы камер-фрейлина. Отношения с королем не сложились с самого начала. Он сразу же прервал все ее иллюзии на счет его чувств, у него просто не было времени на них, как и на нее. Для него она представляла ценность только как мать его ребенка, которого никак не удавалось выносить. После первого выкидыша, король замкнулся, помрачнел еще больше, почти не навещал ее ночами. После второго он надолго уехал на запад, наблюдать за строительством уже десятого военного фрегата, третий выкидыш окончательно лишил ее мужа, поставив крест на мечтах о браке, семье и возможном счастье. А после она заболела, и начала угасать. Здесь не было злого умысла, как думала леди Блант, и леди Ровенна, прослывшая в узких кругах жестокой ведьмой, была здесь не при чем, или отчасти виновата. Скорее отсутствие тепла, родных людей, постоянная изоляция и насмешки расшатали нервы королевы, а вместе с ними и здоровье.
— Леди Маргарет, какое счастье увидеть вас, — прошелестела Глорис, попытавшись подняться с кровати. С недавних пор это удавалось ей с трудом.
— Ваше величество, мне кажется, или сегодня вы посвежели?
— Прошу, называйте меня Глорис. Никто не зовет меня по имени, и кажется, что я даже начала забывать, как оно звучит.
— Как Его величество? Он пишет вам?
— Иногда, — заметно погрустнела королева. И чтобы как-то сгладить неловкость момента, леди Маргарет решила порадовать ее подарком Мэл.
— Моя племянница любит вышивать, и хотела бы преподнести вам этот платок, в качестве подарка.
— Поблагодарите ее за меня, — почти равнодушно ответила королева, но ровно до того момента, как взяла в руки расшитую нитками ткань. Что-то случилось в этот момент, странное и непонятное. От ткани исходило неестественное свечение, грозящее перекинуться, как пламя и на нее.
— Что это такое? — воскликнула испуганная королева, отбрасывая платок, как ядовитую змею.
— Прошу вас, платок не несет угрозы, — в свою очередь перепугалась леди Маргарет.
— Это магия, — взвизгнула женщина.
— Уверяю вас, даже если это и так, она не несет зла. Скорее я могу предположить, что эта магия станет целебной для вас.
— Целебной?
— Мне так кажется. Прошу, поверьте, ни я, ни моя племянница не желаем вам зла.
Королева поверила, но наотрез отказалась брать в руки подарок.
