После того, как Аии Феед обнаружил причины вспышки, он должен был убедиться, что она не связана с испытанием нового вида оружия. Ведь это опасно для Олеоа-Ииин! К счастью, вскоре стало ясно, что вспышка не имеет отношения к оружию, а напротив, может принести Фееду солидную выгоду. Ему казалось безумием выбрасывать на ветер богатство, так плохо охраняемое на Земле. Он мог бы найти ему более достойное применение.
Координаты зафиксированной вспышки привели Аии Фееда в небольшой городок Заливной Осетр. След от вспышки еще прослеживался в пространстве, он заканчивался в местном музее, в котором были выставлены предметы, вывезенные из другой страны. Как они могли быть связаны с необычным явлением? Это предстояло выяснить.
Прежде всего следовало позаботиться о легализации. Имя Аии Фееда очень напоминало местное Альфред, что показалось путешественнику удобным для выбора псевдонима. Внешний вид пришельца резко отличался от облика землян — кожа имела неровный серый цвет, три шестипалые руки и три глаза, которые можно было вращать на триста шестьдесят градусов, прекрасно видели окружающий мир со всех сторон. Но выйти в населенный мир в естественном виде нечего было и думать. Хорошо, что мимикризатор сделал его похожим на человека, а лингвистор позволил понимать устную и письменную речь почти на всех земных языках, а также разговаривать с аборигенами.
Фамилию Гутс пришелец выбрал из попавшегося под руку любовного романа, написанного экзальтированной дамочкой и случайно найденного им на лавке городского вокзала. Альфред удачно отличался от людей скромными физиологическими потребностями: он не нуждался в питании трижды в день и ежедневном ночном отдыхе, спал раз в неделю по двадцать четыре часа, ел раз в декаду. Благодаря этому ночные часы он посвящал работе над систематизацией своих наблюдений и попыткой сделать из них научные выводы.
Адаптировавшись на планете, Альфред снял квартиру в удаленном от центра доме. После загрузки языка в лингвистор он принялся за изучение местных научных разработок. Никаких упоминаний о работе с эмоциональной энергией ему найти не удалось. Но это не смущало путешественника. Запас концентраторов, привезенных с родной Олеоа-Ииин, позволял ему обратиться к аборигенам за помощью и накопить ресурсы для будущей продажи.
В качестве носителей Альфред предусмотрительно выбирал молодых, активных жителей этой планеты. Они легко поддавались на лесть и охотно соглашались «проверить» новое изобретение. В большинстве своем они клали прибор в карман или рюкзак и забывали о нем. Лишь один, Кирилл Воробьев, вызывал опасения. Слишком инициативный и любопытный, он увлекся испытаниями прибора и мог узнать лишнее.
Кирилл показался Аии любопытным индивидом — будучи совсем молодым, он уже преподавал в ВУЗе, кроме того, имел хорошую физическую подготовку. Именно такие люди испытывали, по наблюдениям Альфреда, больше всего сильных чувств.
Гутс встретился с Воробьевым и передал ему один из концентраторов. Привезенные с Олеоа-Ииин приборы были снабжены записывающими изображение и звук компонентами и поэтому позволяли наблюдать за носителями. Благодаря связи между своим концентратором и данным им Кириллу Гутс следил за поведением молодого человека и всех, с кем тот общался. Но Альфред и помыслить не мог, насколько полезным окажется такое внимание к подопечным!
С помощью своего прибора Гутс выявлял перспективные источники эмоций, а также получал представление о культурных и научных достижениях аборигенов. Полезными могли оказаться научные разработки и некоторые виды искусства, пользующиеся спросом на Земле. Случайно прослушанная беседа Воробьева и его студента с выдающимся ученым Светловым оказалась весьма полезной. Ученый предполагал, что существовавший на Земле драгоценный камень, огненный янтарин, способен перемещать человека в прошлое или будущее, если в начальном и конечном пунктах есть заряженные кристаллы. Такие переносы фиксировались в прошлом, и, как стало известно Гутсу из подслушанной беседы, один произошел в настоящем. К тому же, янтарин легко можно было произвести в лабораторных условиях. По словам Светлова, получался он из простого минерала путем попадания в него разряда молнии.
Процесс нетрудно было поставить на поток на заводском конвейере родной планеты. Проблема состояла лишь в том, что требовались еще конкретные климатические условия — определенное атмосферное давление, влажность воздуха, показатели магнитного поля. Это могло значительно увеличить дороговизну камня. Но и тут Альфреду повезло! Светлов сказал, что такие минералы, уже превращенные молнией в янтарин, находили в прежние века во Франглии. И тому имеются письменные доказательства, хранящиеся в историческом архиве Заливного Осетра.
Готовое месторождение устраивало Аии Фееда гораздо больше, ведь производство означало бы, что о драгоценном минерале узнали бы и другие иииняне. Вывоз же камня с Земли приводил к монополии Альфреда на ценное сырье.
