— Плевать! — намеренно проигнорировав предупреждение подруги, Шарьяна кинулась ей на шею, чтобы обнять. — Главное что ты живая. Больше так не делай, пожалуйста, — она ее крепко к себе прижимала, сильно зажмурившись.
— Второкурсники до сих пор нас шарахаются, — усмехнулся Бавиард. — Ты точно их только припугнула? — он тоже хотел обнять подругу, но чувствовал в данный момент это неуместным и лишним.
— Да, точно, — еле заметно улыбнулась она, уже просто сидя на кровати рядом с однокурсницей.
— Ты очень плохо выглядишь… Что с тобой случилось? — поглаживая по руке, спросила Шарьяна, заглядывая той в глаза.
Вид Амали действительно был далек от здорового. Болезненно белая кожа, синяки под покрасневшими, слезящимися глазами, понурый вид, испуганный и загнанный взгляд, не говоря уже об одежде, испачканной явно не вишневым вареньем. К тому же, все ее тело периодически потряхивало как от холода, хотя в комнате было даже жарко.
— На тебя кто-то напал? — спросил староста.
— Нет. Никто не нападал, — мотала головой Амали, закрыв лицо одной рукой. — Просто… — она собиралась с мыслями, чтобы объяснить все, пока друзья терпеливо этого ждали. — Духи старшего брата и далекого предка меня переместили в то место, куда я несколько дней до этого не могла попасть.
— В храм? — осторожно уточнила Шарьяна.
— Да.
— Для чего? Зачем? — удивился Бавиард.
— На зимних каникулах я нашла в семейной библиотеке золотую книгу, как-то связанную с той черной, что нашли в библиотеке ИВС.
— По сюжету которой ты, якобы, живешь? — снова спросила Шарьяна.
— Да.
— И что в той книге было?
— Не знаю… Не знала… до вчерашнего вечера, — обреченно пожала плечами Амали.
— Вчерашнего?! — удивился староста.
— Того вечера, — с угнетенным видом исправилась девушка. — Я просила духов о помощи, чтобы перевели, что написано в книге, а они сказали, что им нужно время на это, — объясняла произошедшее Вальзард, не поднимая глаз на друзей, боясь увидеть осуждение. — Когда они были готовы, я никак не могла попасть в храм потому, что мне мешали то те тени, то что-то еще… А духи, не выдержав ожидания, тогда и забрали меня из тренировочного зала.
— Они хоть ответили на твой вопрос? — с надеждой спросила Шарьяна.
— Не совсем, — грустно усмехнулась Амали, на что ей две пары глаз задали немой вопрос. — Это была ловушка, из которой мне выбраться не удалось…
— С тобой что-то сделали? — испугался Бавиард, по тону готовый броситься мстить за подругу.
— Я под гипнозом прочитала всю книгу на древнем языке, тем самым приняв то, что мне завещали предки… — со слезами на глазах пропищала девушка, после этого зажав рот руками.
— Это так плохо? — не понял такой реакции староста.
— Я не в курсе всех подробностей, но, помнится, это катастрофически плохо, — пояснила Шарьяна, прикусив свой ноготь.
— Лучше и не сказать, — заметила Амали, кивая, взглянув на подругу.
— А что именно ты приняла? — спросил парень. — Какое-то задание, опасное знание или…
— Бавиард, я теперь правая рука самого Дьявола, — перебила его девушка, скептически оглядев. — Более того, часть его внутри меня, сейчас поглощает мою душу, и я это чувствую.
— Что? — поразился староста.
— Ты серьезно?! — воскликнула Шарьяна.
— В конце ритуала он сказал мне, глядя в глаза, «доверяю и принимаю», — рассказывала Вальзард. — И знаю, что он по договору с моим родом отдал лишь часть своей силы, завещаемую только достойным, но… я не помню, чтобы хоть где-то говорилось о наследовании такого положения… Поэтому у меня стойкое чувство, что в этом наследстве оказалось что-то большее, чем обещалось…
— То есть ты, — осмысливая в голове все услышанное, пыталась разобраться Шарьяна, — сейчас являешься полноценным демоном… который по уровню удостоился стать правой рукой… самого… Дья… Дьявола?!
— Видимо, так, — хмуро и расстроенно подтвердила Амали.
— Знаешь, — с суровым лицом, сильно сведя брови, произнесла Тетлери, — я бы не хотела быть на твоем месте. Но! — она подняла указательный палец. — Я все равно не откажусь от своих слов! Я люблю рисковать! — задорно и звонко рассмеялась девушка.
— «Шестерки» своих не бросают! — одновременно произнесли Шарьяна и Бавиард, перед этим лукаво переглянувшись.
— Ты — одна из нас, помни! — добавил Фриштер, ударившись «кулачком» с Тетлери, разразившись с ней смехом.
— Вы… Вы сейчас шутите?! — недоверчиво гневно возмутилась Амали, чувствуя, будто ее обманывают.
— Нет! Мы на полном серьезе! — избавившись даже от намека на улыбку, заявила Шарьяна. — «Шестерки» не шутят и своих не предают. Ты наша подруга, а значит, мы за тебя и в огонь, и в воду.
— Если надо, мы и Дьяволу прислужим, или против него встанем, если ты будешь на той же стороне, — подхватил Бавиард, на лице которого тоже не осталось ни намека на смех или шутку.
— Вы с ума сошли, — с легкой растерянной улыбкой заметила Вальзард, в полной мере прочувствовав их поддержку. — Это же так опрометчиво и опасно…
— Мы свою позицию озвучили, а теперь пора набираться сил, — поднимаясь с кровати, воодушевленно произнесла Тетлери.
— Что? Ты о чем? — не поняла Амали.
