Король Матьяш бродил по залам дворца, словно лев в клетке. Своды дворца и каменные стены, увешанные портретами Габсбургов, предков короля, отражали стук его сапог. Матьяш получил письмо из Клужа, резиденции трансильванского парламента.
– Ваше величество, прошу разрешения поговорить с вами, – сказал Мельхиор Клесль, войдя в зал.
– Говори!
– Вашим подданным следовало бы лицезреть вас на богослужении во время Рождественского поста, – обратился к нему епископ.
– Какие еще подданные? Кровожадные католики или мятежные протестанты?
Мельхиор Клесль вздохнул.
– Габсбурги всегда были католиками, ваше величество. Мать Церковь высоко ценит носителя Короны как защитника Веры.
– Мой отец отверг соборование по католическому обряду. Пожалуй, и мне следует поступить так же, – с горечью сказал король. – Большинство моих подданных – венгерские протестанты.
Мельхиор Клесль посмотрел на пергаментный свиток в руке короля Матьяша.
– Плохие новости, ваше величество?
Матьяш шумно выдохнул, размахивая письмом.
– Эта свинья Габор Батори[61] вступил против меня в сговор с султаном. Расширяя свое королевство[62], он вторгся в Валахию. Глупец!
– В Валахию! Какие притязания могут быть у него на эти земли?
– Батори считает Валахию частью Трансильвании как владения древнего Ордена Дракона, – выплюнул король. – Беспочвенный вздор. Измена! Он заявляет, что Влад Цепеш – его дальний родственник.
– Влад Цепеш! Орден Дракулы? – Мельхиор Клесль покачал головой и поплотнее запахнул камзол от проникающего сквозь свинцовые стекла сквозняка. – Эти Батори породили целый змеиный рассадник, гнездо негодяев и хладнокровных убийц. Нетрудно представить, что Габор действительно гордится подобным родством, а не стыдится его.
– Ба! – воскликнул король. – Турки поиграют с Габором, как кошка с мышкой, а потом прикончат и назначат воеводой неверного. И снова будут стучать в ворота Вены.
– Ваше величество, но ведь Габор не думает, что сможет удержать Валахию?
Матьяш взметнул над головой полученный из Трансильвании пергамент и грозно потряс им.
– Габор публично казнил своего военачальника Болдижара Корниша на площади, чтобы показать свою непререкаемую власть. Верные люди донесли мне, что заговорщики собирались убить Батори, когда тот спал, но у убийцы не хватило духу.
– Заговор Корниша?
Король Матьяш утвердительно качнул подбородком, на шее у него вздулись жилы.
– Батори спал с его женой, как и с бесчисленными женами своих верных офицеров, он наставлял рога преданным ему людям. Корнишу надоел этот властолюбивый болван.
Мельхиор Клесль нахмурился.
– Варвар-трансильванец, отдавший ублюдку собственную сестру.
– Мне наплевать на его похоть, так же, впрочем, как и на его политические амбиции, – сказал Матьяш. – Он желает править всей Европой под знаменем Батори. Человек, написавший это письмо, сообщает, что Габор отправил послов в Константинополь на совещание с султаном. Он собирается вторгнуться в Польшу, чтобы завоевать ее для турок. Грязная свинья!
Нахмурившись, епископ крутил перстни на своей руке с большими выпуклыми костяшками.
– В надежде, что султан назначит его воеводой над всеми восточными землями?
– Разумеется. И он заверил кальвинистов, что их религия распространится по всем восточным владениям.
Епископ сдержал свои чувства.
– Несомненно, в этих донесениях какая-то ошибка. Эти Батори никогда не подвергнут риску свои богатства ради религии!
– Власть – вот религия Габора. Весь этот проклятый род одержим властью. Властью и похотью. Даже султан зовет Габора «Дели» – сумасшедший. – Король Матьяш сжал руку в кулак. – Габор Батори намеревается объединить Молдавию, Валахию, Польшу и Трансильванию и выступить против Габсбургской короны.
Король замолчал и ссутулился.
– Если он преуспеет, империя Батори окажется больше нашей. Он станет так же могуществен, как некогда был Влад Цепеш.
Графиня велела поварихе Броне готовить для графини Зичи особые блюда.
– Она болезненно худа и бледна, – сказала графиня. – У нее совершенно нет плоти, одна кожа да кости.
– У себя в восточных землях они ничего не понимают в добром питании, – заметила Брона.
Лицо графини исказилось яростью, и она закатила поварихе оплеуху.
– Откуда тебе знать мою страну, тупоголовая идиотка!
– Да, госпожа. Простите меня, графиня, – сказала Брона, сделав неуклюжий реверанс, отчего ее суставы хрустнули. Рука графини Батори отпечаталась красным у нее на щеке и подбородке.
– Фу, ты невежественная мужичка! Учти, повариха: готовить только вкусное, чтобы разжечь ее аппетит. Корми ее масляными тортами да мясом, самыми лучшими частями. Давай ей сыры и густые сливки, булочки и разное варенье.
– Да, графиня.
– Твоя кухня должна быть похожа на магические чары – гостью нужно уговаривать и соблазнять есть, есть все больше и больше.
– Да, разумеется, графиня. Я с удовольствием буду готовить особые лакомства для вашей гостьи. Буду стараться изо всех сил.
