– Я тебя умоляю! – Стонет Сара.
– Я пошутил. – Смеется парень, сжимая ладонь двоюродной сестры.
– Асмунд считает, что кровь Кайи может помочь мне сдерживать внутреннего демона.
– Это вариант. – Оживляется Сара. Опираясь на трость, приближается к окну и замирает у подоконника. – Катарина слишком слаба для переливаний, но можно было попробовать одолжить у нее парочку миллилитров. Кто знает, вдруг сработает?
– Не узнаем, пока не попробуем.
– Нужно посоветоваться с мамой.
Мы оборачиваемся на звук: в комнату входит сиделка.
– Катарине пора отдыхать. – Говорит она, мягко указывая нам на дверь.
– Рада была познакомиться. – Наклонившись к сестре Бьорна, признаюсь я.
– Поправляйся. – Улыбается Сара.
– Постараюсь проведать тебя на днях, – целует ее в щеку Улле.
Девушка провожает нас усталым взглядом, и мы машем ей на прощание. «Мы понимаем друг друга без слов» – вспоминаю я слова Бьорна, бросая на Кайю последний взгляд. Хоть бы предупредил заранее, что все настолько буквально!
Едва мы выходим в коридор, как слышим из гостиной взволнованные голоса.
– Нужно отпустить его к семье. – Настойчиво советует пастор. – Не для этого я держал Арвида полгода под землей.
– Именно из-за твоего малодушия мне и приходится сейчас принимать серьезные решения! – В бешенстве восклицает начальник полиции. – Пристрелить его как собаку, а потом разорвать на части! И дело с концом!
– Он – живой человек. – Напоминает Асмунд.
– И кто за это поручится?!
– Так езжай и посмотри сам!
Мы спускаемся на несколько ступеней вниз и видим вышагивающего по гостиной полицейского. Рядом, на краешке дивана, сложив руки на коленях, сидит пастор. Бьорн привалился к стене головой и старается успокоить дыхание, чтобы предотвратить перевоплощение. И лишь Анна Фриман выглядит спокойной, стоя у окна и глядя вдаль через стекло.
– Не торопитесь с решением. – Закурив тонкую сигарету и выпустив дым, советует она. – Он сидел в клетке полгода, и за сутки ничего не изменится. Возможно, следует дать Линдстрему возможность начать новую жизнь. Не в Реннвинде, где-нибудь в другом месте, разумеется. Пусть забирает семью и уезжает подальше. Вам ведь не впервой изгонять с этих земель саамов? Так?
– Мне нужно увидеть его своими глазами! – Рявкает Хельвин старший.
– Я тебя отвезу. – Поднимаясь, вздыхает Асмунд. – Анна?
– Обойдусь, – морщится цыганка. – Шаманы не по моей части.
– Нея? – Оборачивается ко мне новоиспеченный папочка.
Я пожимаю плечами.
– Если никто не против, мне хотелось бы вернуться домой. – Отвечаю, прочистив горло. – К себе. В дом бабушки.
– Ты не можешь поехать туда одна. – Замечает он. – Дождись меня, пожалуйста.
– Мы поедем с ней. – Вступает Сара. – Я, Улле и мама.
– Отлично. – Асмунд кивает, заметно успокаиваясь. И поворачивается к Анне. – Все же рассмотрите возможность переезда к Вильме, госпожа Фриман. Всем нам нужно теперь держаться ближе друг к другу. Жизнь в трейлере на отшибе не способствует сохранению личной безопасности. Согласны?
– Вы представляете, какой плотности в том доме энергетический след после лесной ведьмы? – Цыганка снова брезгливо морщит лицо. – Хотя, если это бесплатно…
Похоже, ее цыганская натура соблазнена возможностью обжиться где-то на халяву.
– Я буду только рада, если вы согласитесь. – Говорю я.
– Вообще, я предложил дочери переехать к себе. – Не удерживается от смущенной улыбки Асмунд.
– Куда? В церковь? – Давится дымом цыганка.
Она кашляет, разгоняя рукой дым.
– Может, решите это как-нибудь позже? – Взрывается нетерпением Асвальд. Мужчина устремляется к выходу, не забыв бросить на меня уничтожающий взгляд.
– Кстати, насчет Линнеи. – Бросается за ним пастор. – Я убежден, что кровь твоей дочери может помочь моей дочери! Если и не полностью исцелиться, то, хотя бы, удерживать склонность к обращению.
– Господи, Асмунд, ты называешь это склонностью?! – Выходя за дверь, рычит полицейский. – Да она – бомба замедленного действия! Ты хочешь доверить решение этой проблемы экспериментам с кровью?
– На все воля Божья. Мы не можем бездействовать, пока дитя в одиночку проходит через трудные испытания! – Выскальзывает следом за ним священник.
– Она – демон-оборотень! Ты слышишь себя, святоша? К ней даже спиной нельзя поворачиваться!
Хлопает дверь, и их голоса остаются снаружи.
Все присутствующие смотрят на меня. Первым не выдерживает Бьорн – парень подходит и заключает меня в свои объятия:
– Я отвезу вас в дом Вильмы, – говорит он, – оставлю там, поеду, решу все вопросы с отцом и вернусь. Хорошо?
– Спасибо. – Шепчу я. – Проследи, чтобы он не прикончил отца Микке. Пожалуйста.
Мои пальцы ощущают, как мышцы Бьорна наливаются свинцом.
– Будет трудно потому, что именно Арвид напал на Кайю и причинил ей вред. Но если он действительно человек, то отец не сможет его убить. Он чтит законы дхампири.
Внедорожник Бьорна отъезжает от дома, а мы вчетвером: Я, Сара, Анна и Улле стоим в прихожей дома Вильмы и молча пялимся на пятна крови на полу, намертво въевшиеся в доски.
