Матросы проворно начали переворачивать шлюпку, вытаскивать весла и крепить канаты, чтоб спустить ее на воду.
-- Николь? - Виктор только теперь заметил ее, стоящую позади. - Я думал, вы с княжной готовитесь к отплытию.
Кристиан посмотрел на них, услышав последние слова принца.
-- Она уже поговорила с тобой? - Николь не заметила любопытных взглядов Евы и графа.
-- Да, - принц кивнул, стараясь выглядеть как обычно невозмутимо, но принцесса заметила в его взгляде разочарование и печаль. Ему не по душе было это решение.
-- Шлюпка готова, - сообщил старший офицер, руководивший спуском шлюпок на воду.
-- Граф, - принц кивнул, прощаясь с ними.
-- Благодарю, Ваше Величество, - ответил Кристиан, более не удостоив Николь взглядом. Ева тоже спешила отбыть. Они спустились по веревочной лестнице, а с ними еще четверо матросов для сопровождения.
-- Мне очень жаль, - сказал Виктор, повернувшись к принцессе.
-- Почему они уехали? - спросила она, чувствуя боль смешанную с ненавистью.
-- Ева попросила меня об этом, - ответил принц, он, казалось, чувствовал что-то похожее. - Она опасалась мисс Роутмонд. Ты ведь знаешь ее промысел.
-- Мадлена не причинила бы ей никакого вреда, - ответила Николь.
-- Во всяком случае, так она объяснила свое желание уехать, - Виктор прекрасно знал истинную причину, но не смел поднимать эту тему.
-- А Бьянка? - вспомнила Николь. Теперь ей не было никакого смысла оставлять корабль.
-- Она тоже хочет покинуть флагман, - ответил Виктор, опустив глаза.
На палубу вышел Гордон, полностью одетый и в шляпе.
-- Ты тоже едешь? - Николь, недоумевая, посмотрела на принца. Теперь ей стала понятна его печаль. Все бросали его.
-- Я попросил князя сопровождать вас, - ответил Виктор. - Так мне будет спокойней.
Бьянка шла следом за братом. Она одарила Виктора недружелюбным взглядом и подошла к Николь.
-- Почему ты еще не готова? - спросила она.
-- Я не еду, - ответила принцесса. Мужчины удивленно посмотрели на нее.
-- Мы же решили, - начала Бьянка.
-- Я не оставлю маму и брата одних, - твердо произнесла Николь. - Но вы с Гордоном езжайте.
Бьянка сжала губы и прошла мимо. Она не могла тоже остаться, слишком много она высказала принцу, чтоб теперь находиться с ним на одном судне. Гордон улыбнулся Николь.
-- Скоро увидимся, Ваше Высочество, - сказал он.
Николь обняла его и поцеловала в щеку, пока княжна не видела.
-- Конечно, увидимся, - ответила она. - Смотри за Бьянкой.
-- Лучше бы я с пиратами поплыл, чем с ней, - вздохнул князь. Николь заметила мелькнувшую улыбку на лице принца, но он тут же вернул прежнее безразличное выражение.
-- Ваше Величество, я по-прежнему в вашем распоряжении, - сказал Гордон, кивнув принцу. Тот тоже кивнул.
Прауды спустились в шлюпку и отбыли. Матросы ждали около борта возвращения первой, чтоб поднять ее и закрепить.
-- Почему ты осталась? - спросил Виктор, когда они остались одни около входа в каюты. Николь вздохнула, сама стараясь понять, почему не поехала с подругой и Гордоном.
-- Я хочу быть рядом с Виржинией, - ответила она, взглянув на него. - И с тобой.
Виктор улыбнулся, и печаль исчезла из его взгляда.
-- В таком случае, могу я рассчитывать на твое общество за ужином? - спросил он, предложив ей локоть. Николь кивнула, взяв его под руку, и они спустились по лестнице в его каюту. Вскоре к ним присоединилась королева, а с ней и Джек.
Глава одиннадцатая
"Королева Моргана".
26е. Второй весенний месяц.
-- Ты не жалеешь? - спросила Ева.
Они с Кристианом лежали в постели в новой каюте. Свечи медленно догорали в подсвечниках на столе. В темном проеме окна желтел диск второй луны.
"Королева Моргана" отличалась от флагмана гораздо меньшим размером и более искусной отделкой. Этот корабль король Влад Пятый назвал в честь своей второй жены. Он был спущен на воду в день рождения их сына Теодора и предназначался для мирных прогулок по морю. Это был самый старый корабль королевской эскадры, но самый красивый. Каюты были обставлены более роскошно, в духе старого Вандершира времен правления Влада. "Королева Моргана" была скорее украшением флота, чем боевой единицей. Хотя теперь и на ее палубах виднелись грозные пушки, изготовленные итилианскими мастерами, так что крошка могла дать достойный отпор любому вражескому судну.
-- О чем мне жалеть? - спросил граф, опираясь на подушки и наблюдая за плывущей в небе луной. Штиль сменился легким ветерком, и корабли продолжали путь к месту назначения.
-- О том, что оставил Николь на "Защитнике", - ответила девушка. Она лежала в одной мужской рубашке, служившей ей ночной сорочкой. Ее глаза мерцали в неясном свете нескольких свечей.
-- Ты теперь будешь донимать меня разговорами о ней? - граф говорил без злости, но сурово. На лбу у него залегла глубокая складка из-за постоянно сдвинутых бровей.
-- Тебе станет легче, если ты не будешь держать в себе все это, - ответила Ева, продолжая беззаботно улыбаться.
-- Мне станет легче, если ты перестанешь мне о ней напоминать, - ответил он, взглянув на девушку.
