Брови женщины иронично поползли вверх. Демон, ну где я видела ее раньше? И так ее лицо казалось знакомым, а это выражение насмешливого удивления я однозначно уже когда-то встречала… Но где?!
— И поэтому ты решил, что он шпионит? — недоверчиво спросила она. — Какой в этом смысл, если я и так все время на виду?
Арлион продолжал выжидательно смотреть на нее, а женщина, поразмышляв пару секунд, решительно покачала головой:
— Чушь. Я знаю, о чем ты подумал, и это абсурд!
— Почему? — возразил ей архимаг. — Не ты ли вчера говорила, что твоему супругу не нравится мое внимание к тебе?
Женщина сердито прищурилась и отложила книгу. От этого движения бриллианты на ней холодно сверкнули:
— Наверное, я тебя удивлю, но он не стал бы устраивать за мной слежку, потому что доверяет мне! И — даже не знаю — возможно, у него есть для этого основания?
Вероятнее всего, в гневе она и хотела уколоть влюбленного в нее эльфа побольнее, но он лишь озабоченно нахмурился, так что на лбу у него залегла глубокая складка.
— В чем дело? — озабоченно спросила женщина, когда молчание в комнате стало затягиваться.
— Я не уверен, — нехотя пробормотал Арлион. — Но если я прав, тогда было бы намного лучше, если бы это твой муж отличался излишней подозрительностью… Я должен идти. А ты будь осторожна, хорошо? Просто на всякий случай.
Он стремительно поднялся и, не попрощавшись, вышел из библиотеки. Женщина открыла было рот, чтобы что-то спросить, но архимаг скрылся за дверью прежде, чем она успела хоть что-то сказать. В тот же момент я проснулась в своей кровати в Академии, однако до того я успела увидеть еще одну деталь — у возлюбленной Арлиона в тот момент, когда она хотела что-то сказать, я заметила клыки.
Арлион Этари был влюблен не в человека, а в вампиршу. Мда, эта история становится все интереснее и интереснее.
И какой вывод можно сделать из всего увиденного? Тот вампир, которого я видела в прошлый раз за деревьями, должно быть, и был тот самый Лэнгстон, о котором говорил Арлион. А раз при дворе селендрийского короля взялись и высший вампир в военной форме, и вампирша-аристократка, можно предположить, что все эти три сна относятся как раз к тому периоду обострения вампиро-эльфийских отношений, о котором я читала в биографии архимага. Должно быть, вампирская делегация прибыла в Лорен для решения политических вопросов, а параллельно на их фоне развивалась столь неординарная история любви.
И что дальше? Арлион Этари был безответно влюблен в вампиршу, а во время войны начал убивать и своих, и чужих. Можно ли как-то связать эти два факта? Если да, то что могло произойти? Она его отвергла окончательно, и он обезумел?
Нет, это явный перебор.
У меня было странное ощущение, словно я упускаю что-то из виду. Вроде бьется какая-то мысль, которую стоит только ухватить, и все встанет на свои места, а не получается. Что-то ведь точно не так, какая-то мелочь остается… И еще эта твердая уверенность, что я видела ту вампиршу раньше…
Зима в этом году началась точно по расписанию. За какую-то неделю весь Адэр занесло снегом, так что к числу наказаний и отработок адептов добавилась уборка снега с территории Академии. Одно хорошо — закончились бесконечные дожди, да и сильные морозы пока не ударили. Мы с Кейном продолжали наши ежедневные утренние тренировки. Сражаться по колено в снегу было не очень удобно, но мы рассудили, что так даже лучше — усложнение задачи поможет нам поработать над скоростью и ловкостью движений. В Госфорде Грейсон прибегал к подобной методике, только в теплое время года вместо снега он использовал канавы с жидкой грязью, здорово мешавшей движениям.
Как и предсказывал Кейн, в середине холодного сезона у нас выдалась свободная от занятий неделя. Но, посовещавшись с друзьями, мы не поехали в Госфорд. На коллективном обсуждении было решено, что нам лучше не покидать Академию без лишней надобности, пока где-то в приграничных городах орудует архимаг-убийца. И неважно, что он не убивает людей — мы с ребятами один раз уже перешли ему дорогу, и не стоило лишний раз подставляться под удар. Я прекрасно осознавала, что, проучившись полгода на боевом факультете, я действительно узнала много нового и подтянула свои знания в разных областях магии, но я не была настолько самоуверенна, чтобы думать, будто этого будет достаточно для противостояния архимагу.
Так что каникулы мы провели в Академии. За это время мы с Кейном и Бьянкой, которая, кажется, твердо вознамерилась помочь нам, почти не вылезали из библиотеки, надеясь найти какую-нибудь полезную информацию, но, по сути, потратили время впустую. Пока ребята изучали биографию Раннулфа Тассела и его научные труды, я еще пыталась узнать что-нибудь об Арлионе Этари, но и эти поиски зашли в тупик. Кроме рассказов о новых и новых пытках и убийствах, которые он совершил, я не нашла ничего такого, о чем не знала бы раньше.
Даже сны об Арлионе и вампирше, и те прекратились. Память рода Этари молчала и не спешила делиться со мной новыми воспоминаниями, и в итоге мне оставалось только дальше строить догадки и предположения.
