Рейчел приподняли с последней ступеньки и швырнули о стену. Ее взгляд затуманился, затем снова сфокусировался, и она смотрела прямо в жестокие глаза Кристиана Кнолля, лезвие ножа было прижато к основанию ее подбородка.
- Это ваш бывший муж? - спросил он хриплым шепотом. - Пришел к вам на помощь?
Она взглянула на Пола, распростертого на камнях, и снова перевела взгляд на Кнолля.
- Вам, возможно, трудно будет в это поверить, но я не могу пожаловаться на вас, фрау Катлер. Убить вас было бы самым эффективным решением проблемы, но не самым умным. Сначала умирает ваш отец, затем вы. Это может привлечь внимание. Нет. Если я хочу избавиться от неприятностей, я не могу убить вас. Поэтому, пожалуйста, уезжайте домой.
- Вы убили… моего отца.
- Ваш отец понимал, как он рискует, и ценил жизнь. Вы должны были послушаться его совета. Я знаком с историей Фаэтона.
Очаровательная сказка об импульсивности. Беспомощность старшего поколения, старающегося научить молодых. Что бог Солнца сказал Фаэтону? «Посмотри мне в лицо и, если можешь, загляни мне в сердце - и увидишь отцовское беспокойство и заботу». Обратите внимание на это предупреждение, фрау Катлер. Я могу легко передумать. Хотите ли вы, чтобы ваши драгоценные дети плакали янтарными слезами, если молния света убьет вас?
Она вдруг представила себе отца лежащим в гробу. Она похоронила его в твидовом пиджаке, в том самом, который он надевал в суд в тот день, когда менял свое имя. Она никогда не верила, что он просто упал с лестницы. Теперь его убийца был здесь и угрожал ей… Она извернулась и попыталась ударить Кнолля коленом в пах, но его рука сжала его шею и кончик ножа порезал кожу.
Она задохнулась и глотнула воздух.
- Сейчас, сейчас, фрау Катлер. Ничего такого.
Кнолль убрал правую руку с ее горла, но левой продолжал прижимать нож к ее подбородку. Его правая ладонь прошлась по всему ее телу. Он больно ущипнул ее за сосок и запустил руку в трусики, добрался до промежности и бесцеремонно запустил средний палец во влагалище.
Рейчел вздрогнула от боли.
- Полагаю, что вы находили меня интригующим.
Его палец продолжал грубо двигаться внутри ее. Сквозь боль Рейчел почувствовала странное возбуждение.
- Жаль, что у меня не было больше времени.
Внезапно он сильно сдавил пальцами ее тело. Боль пронзила ее.
- Последуйте моему совету, фрау Катлер. Поезжайте домой. Живите счастливо. Растите ваших детей.
Он головой показал в сторону Пола:
- Доставляйте удовольствие вашему бывшему мужу и забудьте обо всем. Вас это не касается.
Ей удалось сквозь боль снова сказать:
- Ты… убил моего… отца.
Его правая рука выскользнула из ее трусиков и снова схватила ее за горло.
- В следующий раз, когда мы встретимся, я перережу вам горло. Вы поняли, фрау?
Она ничего не сказала. Кончик ножа двинулся глубже. Она хотела закричать, но не смогла.
- Вы поняли? - медленно повторил Кнолль.
- Да, - прошептала она одними губами.
Он убрал лезвие. Кровь сочилась из раны у нее на шее, она чувствовала тупую боль между ног. Рейчел стояла неподвижно у стены, и по ее щекам катились слезы бессилия и ненависти. Пол все еще не двигался.
- Делайте, как я сказал, фрау Катлер.
Он повернулся, чтобы уйти.
Она сделала бросок в его сторону.
Кнолль взмахнул правой рукой вверх, и рукоять ножа ударила ее в голову, пониже правого виска. Перед глазами вспыхнуло белое пятно.
Коридор закружился. Желчь поднялась в горле. Потом она увидела Марлу и Брента, которые кинулись к ней с вытянутыми руками, их губы шевелились, но слов не было слышно, и тьма поглотила их.
Штодт, Германия Вторник, 20 мая, 23.50 Сюзанна неслась вниз по склону обратно в Штодт. Ее единственной заботой в данный момент было попасть назад в «Геблер», схватить свои вещи и исчезнуть. Ей была необходима безопасность чешской границы и замка Луков, по крайней мере пока Лоринг и Фелльнер не решат этот вопрос официальным путем.
Внезапное появление Кнолля снова застало ее врасплох. Мерзавец был настроен решительно, этого у него не отнимешь. Она решила не связываться с ним в третий раз. Если Кнолль в Штодте, ей надо было выбираться из страны.
Она выбежала на улицу и понеслась к своему отелю.
Слава богу, она заранее упаковала вещи. В ее планы все равно входил отъезд после встречи с Альфредом Грумером. Теперь меньше уличных фонарей освещало улицу, чем раньше, но вход в «Геблер» сиял огнями. Она вошла в холл. Ночной служащий за стойкой стучал по клавиатуре компьютера и даже не взглянул на нее. Наверху она закинула на плечо свою дорожную сумку и бросила несколько евро на постель - более чем достаточно, чтобы заплатить по счету. Не было времени, чтобы рассчитаться с отелем нормально.
