Заплечных дел мастера суетились вокруг. Он быстро приготовили все для пытки. С конюха Ивана стащили рубаху, и руки его связали позади веревкою. Затем дюжие молодцы по сигналу палача «Вздымай», подняли слугу вверх, и он повис на руках.
К его ногам привязали бревно, и все было готово к растягиванию тела. Кнутобоец палач Роман приготовили свой страшный инструмент.
Волков спросил Тарле:
— Готов писать, Иван Карлович?
— Готов, Степан Андреевич.
Коллежский асессор вел записи допроса.
Волков начал:
— Ты конюх князя Кантемира Иван, Семенов сын?
— Так, барин. Я холоп князя Антиоха Дмитрича Кантемира.
— Ты получил повеление барина своего умершего холопа Тишку предать земле?
— Так, барин. И мне в помощники определили двух крестьян Сильвестра да Архипа.
— И что было далее? — спросил Волков.
— Дак похоронили мы Тишку-то. Все как надобно сотворили.
— Стало быть, в гробу на погосте в могиле лежит умерший холоп? Так?
Волков смотрел на Ивана.
— Да! Так оно и есть, ежели Тишка с нечистым не знался. Ведь люди сказывали, что вурдалак он.
— Сейчас не о сделках Тишки с нечистым разговор! Мне надобно знать, кого в могилу Тишки положили.
— Да Тишку, барин!
Волков кивнул подьячему Зубило.
Заскрипели блоки, и тело Ивана вытянулось. Палач с кнутом замахнулся и закричал:
— Берегись! Ожгу!
На теле Ивана появился рубец. Но это было не опасно. Волков щадил слугу и не применил к нему настоящей пытки на дыбе, когда осуждённого растягивали так, что от удара кнутом лопалась кожа, и руки выворачивало из суставов.
— Правду сказал! — закричал Иван. — Тишку хоронили! Какая вина на мне, ваше благородие? Скажи!
— Ты гроб забивал гвоздями? — спросил Волков.
— Я сам и забивал.
— И в гробу лежало мертвое тело Тишки?
— Истинно так!
— Но отчего тогда сего Тишку на днях споймали в кабаке живого и здорового? Как ты пояснишь сие, Иван?
— Не может того быть, барин! Тишка мертвый был! А коли он вурдалаком стал, то стало вышел из могилы!
— Так ты веришь в то, что Тишка стал вурдалаком?
— Дак коли его в младые его годы вурдалак мучил, то и он стал вурдалаком. Сие всем ведомо, барин!
— Степан Андреевич! — вмешался Тарле. — Этак мы до вечера будем его мыратить! Надобно по-настоящему все делать!
— Как по-настоящему?
— Да как подьячий говорит. С такой пытки разве чего сей мужик скажет?
Волков кивнул Зубило. Тот ухмыльнулся и взялся за дело как следует. Тело снова натянулись, и палач стеганул кнутом по спине. Кожа лопнула, и Иван заорал от боли.
Зубило приказал бить еще. И от третьего удара Иван сник. Его окатили холодной водой из ведра.
— Ты, мил человек, — тихо прошептал Зубило на ухо Ивану, — начинай правду сказывать его благородию. Палач-то покуда лишь гладил тебя. Не доводи до греха. Сказывай все как есть.
Иван заговорил:
— Не вели пытать, барин!
— Тогда говори все как есть! Мне правду знать надобно!
— А чего говорить то? — спросил мужик.
— Правду молви! — приказал Волков.
Зубило стал нашептывать:
— Вишь барин осерчал? Сие чиновник сыскного приказа. Говори, как тело холопа продали.
Иван молчал. Снова заскрипели блоки и засвистел кнут. Мужик заорал.
— Скажу! — заорал он. — Все скажу!
Волков подал знак Зубило. Подручные палача ослабили веревки.
— Мы не хоронили Тишку-то! — выпалил Иван.
— Не хоронили?
— Нет! Собирался я приказ барина моего исправно выполнить. Собирался. Но упросили меня не делать того самому. Явился человек один и сказал, что де сам Тишку похоронит.
— Что за человек? — спросил Волков.
— Дак кто его знает, барин? Подошел вечером накануне того дня как мы Тишку хоронить должны и сказал, что де сам все обладит. А нам дал по полтине на каждого, и мы в кабаке сидели.
— Но зачем он сделал сие?
— Дак, сказывал он, что де знает, как вурдалаков хоронить! А нам оно и лучше. Зачем нам сие? Мы все сделали, как он сказал. Утром он показал мне могилу Тишки, и я про все барину сказал, что де похоронили холопа честь по чести. Более ничего не ведаю, барин.
— А как выглядел тот человек?
— Который денег нам дал?
— Да.
— Дак мужик в армяке с бородой. Сказал, что от большого барина он пришел. Заплатил, и мы дело сладили.
— Стало быть, барин твой, князь Кантемир интересовался, где могила Тишки?
— Так, барин.
— А зачем ему сие? — спросил Волков.
— Дак много болтали про Тишку сего. Для порядку знать надобно.
«Возможно, — подумал Степан, — так оно и есть. Нам с Тарле могилу князь Кантемир показал. И сказал, что холопы ему сие место указали».
Волков обернулся к Тарле:
— Все ли записал, Иван Карлович?
— Все, Степан Андреевич!
Далее к розыску притянули крестьян Сильвестра да Архипа и они под пыткой показали тоже, что и Иван…
***
Степан Андреевич Волков отпустил Ивана Тарле в канцелярию сыскного ведомства, а сам поднялся к дьяку Гусеву. Он все ему рассказал.
— Вот так Ларион Данилович!
— Дело темное, Степан! И ничего путного тебе допрос не дал!
— Как не дал, Ларион Данилович?
— А что ты узнал? Что не хоронили они Тишку? И что с того? Кто заплатил холопам за сие? И ради чего все затеяли? На сии вопросы ответов не имеешь!
— Но они дали приметы того человечка.
