«Итак, доктор де Генин исчез, — думал он. — Тот, кто прятался под личиной холопа Тишки, также исчез. Его гроб пуст и понятно, что хоронили его пустым. Затем мне подставили второго Тишку, якобы беглого из дома Кантемиров. И этот второй был явный ложный след, который я должен был взять. А сие значит, что некто намерен направить меня по иному пути, который приведет в никуда. Сколько времени приходиться тратить на холопа беглого. Что и говорить, мой тайный враг достиг своего. Я запутался.
И при дворе странный интерес к сему делу. Персоны великие его обсуждают. С чего это? Какой у них интерес? Беднягу князя Кантемира выставили перед императрицей в дурном свете. Слухи о делах Кантемира сразу во дворец попадают. Как такое может быть? Князь окромя немого слуги никого из дома не выпускал. Бирен говорит, что наши слуги болтливы. Но здесь дело иное. Некто, кто хорошо знает о событиях в доме князя, и кто сам близок ко двору, сам сие и распространяет! Чего проще, шепнуть болтушке или шутихе новость, а она все императрице и выболтает.
Как там сказал граф Бирен — болтушка фрейлина Шаргородская? Вот с ней бы и поговорить. Откуда она узнала о происшествии с кухаркой в кантемировском доме? Кто рассказал ей? Вот бы кого допросить. Но сие не так легко. Шаргородская знатного рода и близка к императрице. А как Анна посмотрит на допрос ближней фрейлины? Да захочет ли Шаргородская быть откровенной со мной? Её к пытке не поставишь. И даже напугать пыткой нельзя.
Этак клубка мне не распутать. К фрейлинам я соваться не стану. Может из имения Архангельское куда ниточка и приведет. Карпов чиновник стоящий и все распутает. Да и книга «История Кантакузенов» может какой свет на дело прольет. Пусть Тарле почитает и расскажет, что там».
Вскоре Волков незаметно для себя дошёл до своего дома и отворил калитку.
И дома выскочил привратник.
— Барин!
— Иди в дом, старина. Я сам здесь управлюсь.
— Как можно, барин? Елизавета Романовна ругаться станут!
— Не станут!
— Барыня вас дожидаются. Многократно спрошала про вас.
— Завтра говорить с ней стану. Ныне устал.
Волков вошел в дом и хотел пройти незаметно в кабинет, но к нему спустилась Елизавета Романовна. Она пожелала с ним говорить.
— Мне сейчас не до этого, Лиза. Слишком много дел.
— Но сие важно, Стёпушка!
— Хорошо, Лиза. Что там такого важного случилось?
— Старик Войку из дома Кантемиров, — сказала она.
— Старик? И до тебя дошли уже слухи?
Жена повторила:
— Слуга Кантемиров по имени Войку.
— Я знаю его. И с чего ты желаешь говорить про него, Лиза?
— Я видела его, Степан.
Волков искренне удивился.
— Видела? Где ты могла его видеть?
— В моей спальне в первый раз, и в твоем кабинете во второй раз.
— Что? — не поверил Степан жене.
— Я не шучу, Степан Андреевич.
— Ты сказала в спальне? Я не ослышался?
— Да, я так и сказала. Сей Войку оказался в нашей спальне!
— И когда сие было?
— Так в первый раз, когда прибыл за тобой слуга из дома Кантемиров, и ты спехом собрался и ушел. А он оказался в спальне нашей и сказал мне те слова странные про старуху Кантакузен.
— Что за слова? — спросил Степан жену.
— Он сказал, что пришел с добром. Сказал, что хочет предупредить.
— О чем?
— Он молвил, что снова призвала вурдалака старуха Кантакузен. Я спросила его, что за вурдалак? А он ответил, что тот, который из могилы вернулся.
— Но зачем он тебе про сие рассказал? Отчего не мне?!
— Я не знаю.
— И сие был старик Войку?
— Так он назвал себя.
— А второй раз? — спросил Степан. — Когда Войку приходил во второй раз?
— Когда тебя не было дома. Я читала новую книгу.
Елизавета рассказала Степану о втором визите колдуна. Волков все сопоставил и понял — случилось сие уже после того как Войку и де Генин потеряли память. Стало быть, после того как умершая стряпуха Дарья пропала.
— И он тебе сказал, что для него нет дверей, и дух его отделился от тела?
— Так и сказал, Степанушка. Ты веришь мне?
— Верю, Лиза.
— И он сказал, что «Снова вурдалака призвала старуха Кантакузен». И на меня нацелено острие. Но что сие значит, я не поняла.
— Значит, нет для него преград? — спросил Волков. — И если в первый раз я могу предположить, как он попал в дом, то второй раз все непонятно. Стоит слуг опросить.
— Это я уже сделала, Степан. Никто старика не видел. В дом его никто не пускал.
— А это не могло тебе показаться, Лиза?
— Сего не знаю, Степанушка.
— Странно все сие, Лиза. Хорошо, что все мне рассказала без утайки.
— Но что это такое, Степан? Чего мне ждать?
— Ничего страшного не произойдет, Лиза. Возможно, в книге есть ответы.
— В книге? В какой книге, Степан? — не поняла Волкова.
— Есть одна книга. Но, то дело касаемое моего следствия. Лиза.
— Оно и меня коснулось, Степан. Скажи мне, что сие за книга?
— Зачем это тебе, Лиза? Не забивай свою голову.
— Что это за книга, Степан? — настаивала жена.
— Чиновник Карпов мне нынче книгу одну отдал. «История рода Кантакузен».
— «История рода Кантакузен»?
— Да. Так она называется.
— И где он взял её? Тот чиновник, где нашел такую книгу?
— Лиза! Это дело до тебя касательства не имеет!
Но она словно не слышала его и спросила:
— И где сия книга сейчас?