Глядя на простой, поношенный наряд фрау Вебер и такие же дешевые платья ее дочерей, Вольфганг не стал сразу обижать ее отказом. В мае Моцарт и правда решился на переезд в дом Веберов. Он все еще не мог забыть Алоизию и не терял надежды на взаимность. Тем более что при случайных встречах легкомысленная певица бросала на него такие многообещающие взгляды, что у молодого человека кружилась голова. По Вене поползли неизвестно кем распространяемые слухи о том, что Моцарт собирается жениться на одной из дочерей вдовы Вебер. Вполне возможно, автором сплетен была сама почтенная фрау, она мечтала женить подающего надежды композитора на Софи или Констанции. Слухи о женитьбе сына встревожили Леопольда Моцарта. Разгневанный, он потребовал, чтобы Вольфганг сменил квартиру.
Моцарт написал ему, что давно намеревался снять другое жилье из-за нелепых сплетен, в которых нет ни слова правды. Да, с мадемуазель Констанцией Вебер, с которой его уже сосватали, он иногда разговаривает, но вовсе не влюблен в нее. Да, он изредка дурачится и шутит с девушкой, если время дозволяет и если ужинает дома, но большую часть времени работает, не покидая своей комнаты, или выезжает в свет. А если бы он должен был жениться на всех, с кем шутит, то у него бы была уже пара сотен жен.
И тем не менее Моцарт послушался отца и в начале сентября 1781 года переехал на новую квартиру в «Ауф-дем-Грабем, № 1775».
Но это не помогло — хитроумная интрига, выстроенная коварной вдовой при помощи опекуна сестер Иоганна Торварта, придворного чиновника, сыграла свою роль в женитьбе Моцарта. Действия всех персонажей были разыграны как по нотам в комической опере.
Степенный придворный чиновник Торварт потребовал, чтобы Моцарт, бросивший тень на честь девицы, написал письменное обязательство о женитьбе на Констанции Вебер в течение трех лет, в случае неисполнения Моцарт должен был выплачивать ежегодно по 300 флоринов в пользу девушки. Под давлением Торварта и вдовы Вебер Вольфганг подписал обязательство, и только тогда до него дошло, в какую ситуацию он попал. Но сама нареченная Констанция Вебер, проводив опекуна, потребовала у матери подписанный документ и на глазах у отчаявшегося Моцарта разорвала его.
— Дорогой Вольфганг! Мне не нужно от вас никаких обязательств, я верю вашим словам! — произнесла она с чувством.
