- Вот и замечательно, - эти слова четвертый Повелитель произнес уже вслух. - Разум в порядке, мыслесвязь четкая, но говорит, что странно себя чувствует.
Дерцкан удовлетворенно кивнул и удалился, но вскоре вернулся, остановившись где-то в ногах Суртаза. Селенор, усевшись рядом с неподвижным телом тринадцатого Повелителя, задумчиво смотрел в небо и, чуть склонив голову к плечу, казалось, прислушивался к чему-то. Не имея иной альтернативы - самостоятельно ментальной связью воспользоваться не получилось - Суртаз терпеливо ждал, пока эльф вспомнит о своем обещании.
- Я помню, о чем обещал тебе рассказать, - ровно произнес четвертый Повелитель, то ли прочитав мысли лича, то ли вынырнув из глубины собственных размышлений. - Немного терпения, Дерцкан скоро закончит, я не хочу ему мешать.
Некоторое время прошло в тишине, нарушаемой лишь доносившимися издалека голосами, которые Суртаз определил, как принадлежащие Сандро, Шид-Аттару и Васкаэдру. Невысказанные вопросы распирали неподвижного и безмолвного некроманта подобно магической силе, с излишком влитой в заклинание неопытным волшебником.
- Все, я закончил, - снова появившись в поле зрения Суртаза, Дерцкан удовлетворенно потер руки, - конечно, в полевых условиях вышло не так красиво, как хотелось бы, но должно работать.
- Суртаз, - эльф перевел взгляд с небес на тринадцатого Повелителя, - попробуй пошевелиться.
Под внимательным взглядом холодных зеленых глаз Суртаз сумел пошевелить мизинцем левой руки.
- Вспомни опыт своего первого перерождения, - подсказал Дерцкан с другой стороны. - Сейчас будет немного сложнее, поэтому ты должен сосредоточиться.
Подсказка помогла. Вскоре тринадцатый Повелитель смог сесть и замер, увидев, вдалеке развалины. В горле возник ком, который никак не удавалось проглотить.
- О, заклинание речи наконец-то сработало, - прокомментировал происходящее седьмой Повелитель. - Значит догадка о том, что ему нужна была встряска, оказалась верна.
- Это... крепос-сть Ш-шаллас-стхадара? - спросил Суртаз, испытывая нечто вроде облегчения от того, что смог наконец-то заговорить, но при этом поражаясь, насколько чуждо звучал его голос. А характерные свист и шипение напомнили ему о Нэс-Ашшаде.
- Определенно, - ответил Селенор. - Если ты все еще сомневаешься, мира Источника больше нет, Суртаз. Мы в реальном мире.
- Пророчес-ство с-сбылос-сь?
- Можно сказать и так, - Сандро приблизился к Суртазу со спины. - И нам очень хотелось бы узнать, что вообще тут произошло.
- Погодите, - Дерцкан вскинул руку, - я подправлю чары речи. Не знаю, как вас, но меня это сипение уже раздражает...
Заметно поредевшая армия отправилась обратно к столице. Империя в сопровождении паладинов выехала первой, задолго до рассвета. Вайат вознес краткую молитву Свету, чтобы путь этому небольшому отряду не преградили демоны. Сложись все удачно, и всадники доберутся до столицы к вечеру того же дня. Самому же отцу-инквизитору, как и его братьям, и немногим выжившим латникам, и оставленным Империей лучникам и магам вменялось в обязанность сопровождение обоза и проклятых артефактов.
Солнце уже показалось над остроконечными вершинами гор Воющей Долины, когда они наконец двинулись в путь. Миновав лагерь магов Солнцеграда, Вайат невольно удивился тому, насколько безлюдным и безмолвным он был. Но долго размышлять над этим отец-инквизитор не собирался, ему было о чем подумать и так.
Сардуус метался в горячке кошмаров. Осознавая себя в них, он хотел считать их обычными сновидениями, но знал, что это не так. От калейдоскопически сменявшихся образов и ощущений к горлу подкатывала тошнота, а предчувствие чего-то по-настоящему ужасного черной нитью проходило через все увиденные им образы. С трудом вынырнув из накатывавших на него волн видений, принц обнаружил себя сидящим на полу посреди шатра и раскачивающимся из стороны в сторону под доносившиеся снаружи шаги. Ужаснувшись своему состоянию, маг осторожно замер и прислушался. Судя по звукам и обрывкам речи, имперцы уходили. Сардуус не знал причины их столь спешного спешного отбытия, но она его не волновала совершенно. Все, что сейчас беспокоило волшебника - это собственное состояние, которое явно ухудшалось.
Содрогнувшись от воспоминаний об увиденных кошмарах, принц обхватил себя за плечи. Были тому виной раны, переутомление или смерть отца, окончательно ослабившая сдерживавшие чары, но пророческий дар Сардууса напоминал о себе все сильнее и чаще. И маг испытывал леденящий душу ужас от событий, которые он видел во время каждого приступа ясновидения. И от того, что в каждом его видении присутствовал незнакомец, занявший место короля. Место его брата.
Рассказ о событиях, предшествовавших падению крепости, Повелители слушали молча, рассредоточившись полукругом вокруг Суртаза. Молчал даже Шид-Аттар, хотя по его лицу было заметно, что несколько колких комментариев наготове у него имелось. Но этого и не требовалось, Суртаз и без того понимал, насколько неудачным или неудачливым правителем оказался. Когда же он окончил говорить, на некоторое время воцарилась тишина.
