С другой же стороны, облачение в Одежды Смерти не вызвало ожидаемой потери сил. Поначалу это вызвало тревогу. Но в итоге такой перемене Суртаз был только рад, когда выяснилось, что артефакты работают и ему подчиняются. Возможно, дело было в возросшем магическом потенциале, ведь он больше не тянул энергию из Источника, а сам стал его частью, получив доступ не к слабому ручейку, а к полноводному озеру силы.
Тринадцатый Повелитель плавно подлетел к пятому, наконец, окончившему свою работу.
- Думаешь, нас быстро заметят и попытаются сбить? - голос Суртаза из-за костяной маски звучал приглушенно.
- Заметят нас наверняка быстро. Таких громадин сложно не увидеть, тем более, учитывая отсвет от демонических разломов, - Васкаэдр хмыкнул и, отойдя на несколько шагов, критически осмотрел покорно замершую массу плоти и костей, прикрытую со всех сторон магическими щитами. Лич воспринимал барьер вокруг грудных клеток драконов, как призрачное марево, по своему виду напоминавшее раскаленный воздух, когда тот поднимается от земли в жаркий полдень. - Попытаются ли сбить? Зависит от... - боевой некромант поморщился, подправляя чуть ушедший в сторону щит, - союзников. Но вообще это скорее для подстраховки, чтобы никто из наших живчиков не вывалился по дороге, - ухмыльнулся эрьет-тасс.
- Я могу использовать кольца для того, чтобы нас не атаковали, - предложил тринадцатый Повелитель.
- Насколько я представляю мощь этих артефактов, лучше приберечь их на случай, когда такое вмешательство действительно понадобится, - пожал плечами пятый Повелитель. - Конечно, совместный резерв сил у нас внушительный, но все же не бесконечный.
- Кстати, насчет резерва... Может, есть смысл разделиться? Часть Повелителей отправляется в монастырь, часть - остается здесь или где-то в окрестностях столицы и занимается тем, что восстанавливает энергию.
- Я бы назвал твою идею здравой, но... - Васкаэдр нехорошо усмехнулся. - Как ты думаешь, кто из нас согласится посидеть в сторонке в разгар такого веселья? После стольких лет взаперти в мире, где все вокруг воссоздано одной лишь твоей памятью и воображением! Хотя нет, ты можешь озвучить эту мысль, конечно. Шид-Аттара она наверняка позабавит.
Боевой некромант издал зловещий смешок. Щелкнув челюстью, Суртаз уязвленно замолчал.
- Пойми меня правильно, - уже более спокойно продолжил эрьет-тасс, - в свое время мы все были лучшими из лучших. Ну или предполагалось, что являлись таковыми. Это наложило отпечаток на каждого из нас. И на тебя - тоже, хоть и заметно, что тебе рядом с нами не слишком... комфортно, - Васкаэдр хмыкнул и покачал головой, - все это время мы только и делали, что существовали... Выполняли свой долг, жили прошлым ради того, чтобы у наших потомков было будущее. И тут такой шанс - вторая жизнь. Более того - возможность создать это будущее собственными руками.
- Я тебя понял, - прошелестел Суртаз.
- Да, и раз уж ты озвучил такую идею... - боевой некромант хитро прищурился, - скажи, вот ты бы сейчас согласился остаться в безопасном месте, чтобы восстанавливать энергию для нас?
Лич ненадолго задумался. Ответ был очевиден.
- Нет.
В пустом соборе царили тишина и полумрак, хоть и не настолько безраздельно, насколько хотелось бы Тармуту. Багровое сияние ночных небес пугало, но в нем была и польза - можно было не заботиться о дополнительном освещении. Вой, крики, рычание, бормотание и скрежет когтей по камню беспокоили куда сильнее и не стихали ни днем, ни ночью. Чтобы хоть ненадолго отрешиться от этой какофонии звуков, Тармут решил побыть в соборе одиночестве после общей вечерней молитвы.
Он стал на колени перед алтарем, позади которого возвышался широко раскрывший свои крылья величественный ангел с нимбом, похожим на солнце. Закрыв глаза, Тармут молил Свет о помощи, просил даровать ему храбрость и стойкость, подобные тем, какими был сполна наделен отец-инквизитор Вайат.
На пару мгновений ему показалось, будто он услышал звук - чистый звенящий свист под аккомпанемент шелеста, будто кто-то расправил огромные крылья. А следом раздался грохот и звон разбитого стекла - прекрасные витражи высоких стрельчатых окон центрального собора разлетелись вдребезги.
За этот день Вайат успел возненавидеть весь придворный церемониал. Прощание с телом матери ныне правящей Империи заняло еще несколько часов, и отец-инквизитор также был обязан присутствовать при этом. Освободившись уже поздним вечером, он направился к ведущей вниз лестнице, чтобы наконец добраться до конюшни и вернуться в монастырь. Но замер, когда брошенный в окно случайный взгляд зацепился за две белесые точки, выделявшиеся на фоне багрового неба.
Вайат не знал, что собой представляли падавшие вниз предметы или существа, и это незнание его тревожило. Потому что по его прикидкам приземлиться они должны были в окрестностях монастыря. Голова отца-инквизитора закружилась, а сердце сжало нехорошее предчувствие.
