Когда нападавшие приблизились, Тор увидел, что на лошадях едут женщины примерно вдвое старше него, с тёмно-русыми волосами, украшенными множеством лент, как у Мельды. Их руки от запястий до плеч покрывали полосы серебристой краски – словно по их тёмной коже кто-то рисовал лунным светом.
Они ничего не говорили. Одна из женщин спрыгнула с лошади и подошла к ним, держа в руках верёвки. Когда она подошла ближе, Тор понял, насколько же она высокая.
– Вы великанша, – восторженно проговорила Мельда, хотя женщина, которой она так восхищалась, сейчас крепко связывала её руки верёвкой.
Великанша улыбнулась уголками губ, потом повернулась к Тору и Энглю и связала и их тоже. А потом ребят посадили на чудовищных лошадей.
Великанши, как говорили, были потомками Нар, которую небеса прислали, чтобы защищать людей. Со временем, гласили предания, её потомки становились всё ниже и ниже. Сейчас они были всего на пару футов выше среднего эмблемитянина.
Ногти Тора впились в ладони; лошадь скакала таким галопом, что его начало тошнить. Вскоре он увидел что-то впереди – два ряда факелов, установленных в форме огненных чаш. Женщины поехали между рядами огней, которые тянулись на целую милю и в конце концов привели их к большой деревне.
Все дома там были округлыми, словно холмы. Двери выглядели намного больше нормальных – по очевидным причинам, – а по улицам ходили люди, держа в руках довольно пугающего вида оружие. Одна женщина полировала меч длиной в рост Тора. Другая ловко крутила в руках большой посох.
Они проехали мимо рынка, где продавали больше оружия, чем еды; металл блестел, словно алмазы, но лошади не останавливались, пока не дошли до дома, который был больше всех остальных. На нём был нарисован символ – эмблема, которую Тор не узнал.
Не развязывая рук, их провели внутрь. Тор подумал, что должен бояться, но в великаншах, несмотря на сильные, мускулистые тела, было что-то доброе.
Дом был простым – без каких-либо украшений, кроме очага, в котором горели не дрова, а белый мох. Пламя тоже было странным – с холодным голубым оттенком, какого Тор никогда ещё не видел.
– Если жечь белое, получается голубое, – сказала женщина, сидевшая у огня. Она выглядела точно так же, как и другие – длинные волосы, заплетённые в косу, отметки на руках, – но с одним отличием. На её голове, прямо под вдовьим мысом[30], была тонкая лента, похожая на корону. – Если жечь фиолетовое – красное. Зелёное – оранжевое. Словно краску смешиваешь.
Она внимательно посмотрела на пламя, потом резко подняла голову, встретившись взглядом с Тором.
– Чем обязана такому удовольствию?
– Мы нашли их в одуванчиковых полях, – ответила одна из сопровождающих.
Главная великанша окинула ребят ровным, ничего не выражавшим взглядом, потом прищурилась.
– Что вы трое делаете так далеко от дома?
Её голос был твёрдым, но добрым. Такое сочетание Тору раньше доводилось слышать только от мамы.
– У нас миссия, – ответила Мельда. – Мы должны избавиться от проклятия.
Вместо дальнейших объяснений она просто вытянула руку.
Великанша вздрогнула.
– Жаль, – сказала она, потом сложила руки перед собой. – Я Клаудия, глава великанш. Мы служим всем живым существам на острове, защищая мир и покой.
Она дала знак остальным великаншам развязать путы на руках ребят, и они сделали это, воспользовавшись кривыми ножами длиной с предплечье Тора. Верёвка упала на пол с резким звуком, от которого он поёжился. Тор потёр запястья, радуясь, что его наконец отпустили: руки уже несколько затекли.
Клаудия опустила голову.
– Теперь скажите, как мы можем послужить вам.
Тор посмотрел на Мельду и Энгля, потом вытащил из рюкзака «Книгу Куэнтос». По крайней мере, попробовать стоило. Великанши, скорее всего, знали земли, окружающие их поселение, лучше, чем кто-либо другой. Что-нибудь в следующей истории о чудовище может показаться им знакомым.
Он открыл следующую главу и прочитал название. Да, эту историю можно описать довольно быстро и просто.
– Вы знаете о духе женщины, который бродит повсюду и плачет?
Великанши недоуменно переглянулись. Клаудия изящно изогнула бровь.
– Женщина, которая плачет?
Мельда шагнула вперёд, явно решив, что Тор не очень верно излагает содержание сказки.
– Может быть, вы слышали где-нибудь загадочные всхлипы? Например, в колодце или в старом доме?
Великанши молчали.
– По легенде женщина странствует по всему Острову Эмблем, оплакивая детей, которых потеряла.
Энгль фыркнул.
– Ага, детей, которых она почти
Великанши ахнули от ужаса. Клаудия нахмурилась.
– И как же называется эта ужасная история? – строго спросила она. – Никогда не слышала такого мрачного рассказа.
– «Плакальщица», – тихо ответил Тор.
Может быть, всё же не стоило спрашивать. Они явно оскорбили своих пленительниц, оказавшихся гостеприимными хозяйками.
Лицо одной из великанш прояснилось. Она была моложе остальных и заплетала косы на затылке неровным пучком. Но потом она вздохнула.
– А… неважно.
– Что такое, Лара? – спросила Клаудия.
Девушка прокашлялась.
– Вы сказали «Плакальщица»? – спросила она.
Тор кивнул.
Лара покраснела.
