Разрушенные города после войны. Отсутствие дорог. Разбежавшиеся солдаты армии. Сбор налогов. Неурожаи. Забастовки на заводах, шахтах и рудниках. Средства на достройку железной дороги. Пенсии и зарплаты.
Целители отметили еще несколько случаев рождения детей с даром. Значит, они скоро подрастут и их надо учить. Нужно провести ликбез среди всего населения по основам воспитания магов. Маг школы и университет. Где взять учителей?
Иностранные послы и новые договора на экспорт и импорт.
Это лишь малая доля свалившихся тогда на нас проблем. Времени катастрофически ни на что не хватало. Я приползала поздно ночью к кроватке Сирены и ревела. Моя дочь росла и делала первые шаги, а я все пропускала.
Макса я тоже видела урывками: на него свалилась забота о формировании новой армии.
Антуан взял на себя дипломатию и послов. Даже с горцами договорился.
Жозефина взяла жизнь дворца в свои руки. Это она отбирала мне фрейлин (хотя они мне и даром были не нужны!), устраивала приемы и Балы, полагающиеся по закону. А счастливица Жанна воспитывала уже двоих малышей и была далека от дворцовых интриг и политики. Боже, как я ей завидовала!
Я так и не научилась абстрагироваться от народа. Когда во время испытаний нового оружия погибло десять человек, я так и не смогла посмотреть в глаза матерям погибших солдат.
А гибель от голода и болезней жителей одной из провинции, решила судьбу Временного Совета.
Это случилось зимой. Было очередное заседание. Разобравшись с насущными делами, мы с советниками перешли к посланиям простого народа. Была у нас такая фишка. Естественно, ввела ее я. Любой гражданин королевства мог прислать нам свою просьбу и она не оставалась без ответа. Но в тот день, все шло кувырком. Мужчины были злы и постоянно ругались между собой; я переживала за дочь: она сильно простыла и лежала с высокой температурой. Наконец я их оставила решать проблемы, а сама ушла в детскую.
И где-то там среди горы нераспечатанных писем, затерялось коллективное письмо жителей нескольких деревень. Из-за природных аномалий они почти не получили урожай, а налоги с них все равно собрали. Местные чиновники остались глухи к их беде и они уповали на свою королеву.
К весне из жителей трех деревень уже можно было комплектовать одну большую. Голод и те же клятые дожди выкосили и стар, и млад. Когда до меня наконец дошли слухи, я постарела за три минуты доклада на десять лет.
Созвала личных гвардейцев и в их присутствии разогнала весь состав Совета и подписала более дюжины смертельных приговоров, без права обжалования. Пока приговоренных чиновников везли с дальней провинции, на площади строили плаху. Приговор привели в исполнении через несколько дней в присутствии всего народа и бывших советников, что спаслись.
А вернувшись во дворец, я закрылась в своем кабинете и дала волю эмоциям. Рвала на себе волосы и каталась по полу, воя от ужаса.
"15 детей в возрасте от рождения до 12 лет... 23 женщины детородного возраста... мужчины... старики." - всплывали в моей голове фразы из доклада.
Оглядела свой кабинет и не выдержав, схватила кочергу и стала все ломать и крушить. Куда не плюнь везде роскошь, мягкие диваны, картины, дорогие столы и заграничные ковры, хрустальные люстры и позолота в отделке стен. На столе фрукты и горячий чай. А чьи-то дети так и не проснулись от голода.
Охрана ломала двери, чтобы пробиться ко мне, а я все не могла остановиться. Мне хотелось, чтобы вокруг было все также черно, как и в моей душе.
Двери пали под натиском и взъерошенный Макс поймал меня в свои объятия. Я его отталкивала и кричала:
- Не трогай меня! Посмотри, у меня все руки в крови! От пальцев и до шеи! Это я их всех убила!
- Тише. Не надо так о себе. - сгреб он меня в охапку.
- У меня уже целое кладбище собралось. От моих ошибок гибнут люди. Кого мы обманываем, Макс? Я - плохая королева и ...
- Ди! - влетел в кабинет Ан. - Ого, подруга. Не вини себя. Это издержки профессии.
- Это люди, Антуан. Чьи-то дети, братья, сестры, матери и отцы!!! - накинулась я на друга. - Только вы все к ним, как к мусору. Это не просто цифры в переписи населения и налоги. Это люди. - последние слова я уже шептала сквозь слезы.
Что сказать? Истерика прошла, а боль осталась. Но для меня жизнь продолжалась, хоть и трудная.
Бывшие советники возмущались и даже пробовали устроить переворот. Только я уже не была той восемнадцатилетней девушкой, едва ступившей на престол. Я тоже много чему научилась за это время. И собрала вокруг себя доверенных людей и маленькую преданную мне армию. Совсем маленькую, личную охрану в пятьсот человек.
