Римо так никогда и не научился зажигать огонь с помощью кремня и огнива. Ему не удалось украсть ни кусочка кремня, а те крохи, которые можно было обнаружить в обыкновенной зажигалке, были слишком малы, чтобы на них можно было практиковаться.
Но зато Римо научился вязать узлы. В том, что касается узлов, у вожатого скаутов был просто талант. Булини, колышки, выбленочные узлы. Рифовые узлы. Справа налево и слева направо. Римо размышлял об узлах. В конце концов он решил, что булини лучше всего. В этом узле участвовали две веревки разной толщины, и он будет очень уместен, чтобы связать Бобби и Валери. Придется воспользоваться толстой веревкой от штор и тонкой — от подъемных жалюзи.
— Мы будем криками звать на помощь, — предупредила Валери.
— Только попробуйте, и я свяжу вас всеми известными мне узлами.
И Римо связал Валери булинем. А потом вставил ей в рот кляп и закрепил выбленочным узлом, но он показался слабоват, и Римо заменил его рифовым узлом, туго затянутым на шее.
— А ты? — обратился он к Бобби.
— Вообще-то я собиралась сидеть тихо.
— Отлично. — Римо связал ее, но кляпа вставлять не стал. — Там, в комнатах спит пожилой человек. Если ты разбудишь его, пока он сам не решит встать, твой последний сет, игра, и вся партия будут для тебя сыграны навсегда.
— Я все поняла, — ответила Бобби, но Римо ее не слушал. Он пытался понять, не ошибся ли с узлом, которым завязал рот Валери. Упаковав Реддингтона для путешествия на Аляску, он снова потрогал узел и остался доволен.
Приятное чувство от хорошо выполненной работы сопровождало его на всем пути до железнодорожного вокзала, где он отправил Реддингтона на Аляску, а затем в длительной прогулке по Центральному парку, где он покормил уток, до гостиницы, где он обнаружил, что Бобби нет.
Ее похитили.
Чиун сидел посреди комнаты на полу и смотрел телевизор. Связанная Валери по-прежнему находилась в углу.
— Где Бобби? — спросил Риме.
— Григрогра. Дигрыгро, — попыталась что-то выговорить Валери сквозь кляп.
— Вас не спрашивают, — сказал Римо. — Чиун, где Бобби?
Не поворачиваясь, Чиун поднял руку над головой и сделал жест, чтобы ему не мешали.
Римо вздохнул и принялся развязывать узлы, затыкавшие Валери рот. Узел был тройной и вовсе не тот рифовый узел, который Римо завязал, уходя. Такого узла Римо никогда прежде не встречал. Пальцам пришлось хорошенько повозиться с переплетением веревок, прежде чем он снял закрывающую ей рот повязку.
— Это все он, он, — тут же заверещала Валери, кивнув на Чиуна.
— Тсс, — зашипел Чиун.
— Молчать? — приказал Римо Валери. — Где Бобби?
— Они пришли за ней! Трое в желтых перьях. Я пыталась ему сказать, но он снова меня связал. Свинья! — громко крикнула она, обращаясь к Чиуну.
— Детка, побереги себя, не надо так громко орать, — попросил Римо.
По телевизору началась реклама. В течение двух с половиной минут с Чиуном можно было беспрепятственно поговорить.
— Чиун, ты видел, как увели Бобби?
— Если ты хочешь узнать, был ли я разбужен незваными гостями от столь скудных, но сладостных мгновений покоя, то я отвечу: да. Если тебя интересует, осквернило ли это существо, у которого никогда не закрывается рот, своими криками мой слух, то да. Если ты спрашиваешь...
— Я спрашиваю, видел ли ты, как трое мужчин уводили вторую девчонку?
— Если ты спрашиваешь, видел ли я троих существ, похожих на большую птицу из передачи для детей, то да. Я посмеялся, потому что они выглядели очень смешно.
— И ты дал им так просто уйти?
— Эта одна создавала шум за двоих, несмотря на кляп. Кстати, завязанный весьма неумело. И еще одно лицо женского пола, чтобы оно создавало дополнительный шум, мне было ни к чему. Если бы они пообещали вернуться и за этой, я бы выставил ее за дверь, как пустую бутылку из-под молока, чтобы она поджидала их там.
— Черт побери! Чиун, это были те, кого я ищу. Они-то нам и нужны. Думаешь, для чего я держал здесь этих девчонок? В надежде, что индейцы за ними придут.
— Прошу учесть лишь одно исправление. Эти люди нужны тебе, а я старательно избегал участвовать в их поиске.
— Теперь ту девчонку убьют. Надеюсь, ты доволен собой.
— В мире достаточно теннисистов и без нее.
— У нее вырвут сердце из груди.
— А может, передумают и остановятся на языке.
— Правильно, смейся над нами! — вдруг крикнула Валери. — Ты, жалкий старикашка!
Чиун обернулся и посмотрел назад.
— С кем это она говорит? — спросил он.
— Не обращай на нее внимания.
— Я пытаюсь. Выйдя из комнаты, я настолько проникся к ней сочувствием, что развязал ей рот. Лишнее доказательство, что даже Мастер не застрахован от ошибок. Начался такой шум, что его пришлось снова заткнуть.
— И ты вот так просто позволил этим трем желтым страусам забрать Бобби?
— Мне надоели разговоры о теннисе, — признался Чиун. — Глупая какая-то игра.
