-Присаживайся, вот сюда, - и он указал мне на стол стоящий рядом с его. – Истории будешь хранить в моем шкафу. Вот здесь, открыв шкаф он показал мне свободную полку.
Джозеф был очень высок, метра два роста точно и при этом очень худой. Рыжая всегда лохматая его шевелюра казалось, еще добавляла ему роста. У доктора Бишека были потрясающие глаза. Сквозь пушистые ресницы сверкала, такая яркая и глубокая синева, что захватывало дух. Мне нравилось с ним работать, он ни когда не отказывал в помощи и терпеливо объяснял, всё что мне было не понятно.
- Спасибо, а когда мы пойдем на обход - спросила я.
- Примерно через час, скоро подойдет мисс Екатерина, а я как раз закончу обход в своих палатах. Изучай пока истории - ответил мне Джозеф. И они прихватив истории вместе с медсестрой Эльзой, вышли из ординаторской.
В госпитале все помещения для больных были объединены в боксы, состоящие из двух палат на четверых пациентов каждая, и раздельного санузла: ванной комнатой с душевой кабиной и раковиной и туалетом. Правда была еще реанимация, это был бокс, состоящий из десяти палат со стеклянными перегородками, позволяющими из коридора наблюдать за больными.
Я села за выделенный мне стол и перебрала истории. Мне их выдали семь, значит одно место свободно.
Я открыла первую историю. Льюис Инчини – двадцать восемь лет. Оборотень, лис. Ножевое ранение в область сердца. Повезло парню буквально на полдюйма левее, и лечить было бы уже не кого. Поступил три дня назад. Ну, с этим пока все ясно.
Дерек Траншерт – тридцать один год. Оборотень, медведь. У как уделали парня. Черепно-мозговая травма, перелом правой руки, перелом голени правой ноги. Сломано два ребра, опять же справа. Последствия от магической атаки. - Поступил… ммм, три дня назад. Что же там у них произошло?
Адам Харрис – сорок пять лет. Оборотень, волк. Первый раз плохо себя почувствовал с полгода назад, потом вроде все прошло, обращаться к лекарям не стал. Потом стало совсем плохо. Поступил на следующий день, после того, как я ушла на экзамены. Наблюдается уже две недели. Заболевание неизвестной этиологии. Диагноз неустановлен. У пациента наблюдается общая нарастающая скованность мышц, повышение мышечного тонуса, болезненные спазмы. На ранней стадии были легко поражены аксиальные мышцы.
-Скелетные мышцы головы и туловища - отметила я про себя. – и продолжила читать.
Наблюдается выраженная прямая поза тела, пациент жалуется на дискомфорт и скованность по всей спине, усиливающиеся при напряжении или стрессе. Нарушен так же и сон, так как спазмы приводят к пробуждению. В последнее время, наблюдаются тяжёлые приступы, длящиеся от нескольких часов до нескольких дней и проходящие спонтанно. При развитии расстройства напрягаются проксимальные мышцы конечностей, особенно в моменты испуга, удивления, печали, иной стимуляции. Крайне болезненные спазмы, возникающие при этом, затем медленно спадают. Стремясь избежать обострения, следующего за резкими движениями, пациент стал передвигаться по возможности медленней. Отмечается выраженный поясничный лондроз, сопровождаемый сокращением брюшных мышц. У пациента развилась депрессия, резко упало качество жизни из-за неспособности работать, поддерживать прежний уровень общения. Оборота нет. Зверя не чувствует.
Я сочувственно цокнула языком. Жалко мужчину. Что-то с ним странное и непонятное происходит. Скорее всего, это заболевание связано с магическим проклятьем.
Мартин Мур 30 лет. Оборотень – тигр. Я усмехнулась, как ему подходит фамилия к ипостаси. И тут же перестала улыбаться, прочитав диагноз. Жесткая депрессия, вызванная потерей второй ипостаси. Все время молчит, ни на что не жалуется, отказывается, есть и пить.
Александр Гарсия тридцать пять лет. Оборотень – волк. Огнестрельное ранение в брюшную полость. Задета почка. Поступил вчера. Ого, что за войнушка была?
Мартин Робинсон тридцать семь лет. Человек – маг. Огнестрельное ранение левой руки. Поражение мягких тканей. Магическое истощение. Поступил три дня назад.
Майкл Рид – двадцать пять лет. Оборотень - рысь. Поступил вчера. Во время задержания преступников попал под магическую атаку. Доставлен без сознания, в себя не приходил.
М-да, дела. Рид это же, похоже, сын начальника Департамента по связям с общественностью.
Дверь в ординаторскую распахнулась и в помещение впорхнула мисс Екатерина Савельева.
- Здравствуй, Уля. – сказала она мне на русском. - Готова к обходу.
- Страшновато, мне – я честно ответила ей тоже на русском.
- Ну, что ты! Мы же не бросим тебя. Да ты и сама умница большая – улыбнулась мне Екатерина, надевая халат.
Минут через 15 подошел доктор Бишек, поздоровался с Екатериной и мы отправились к моим пациентам.
