Проклятие замка Комрек полностью

– Дэвид, что нам делать?

– Может, они просто любопытствуют, – сказал он, изо всех сил стараясь, чтобы это прозвучало обнадеживающе.

Он чувствовал ее дрожь.

– Они, наверное, просто играют с нами, – быстро добавил он. – Знаешь, кошки-мышки, и все такое.

– В конце концов кошки всегда убивают мышей.

Он не нашелся, что на это сказать, и заметил еще нескольких диких кошек, подкрадывавшихся к пограничной линии из ровных рядов металлических пластин.

– Просто стоять здесь и ждать, наверное, бессмысленно, – стал он ее убеждать, – так что лучше давай пойдем отсюда – медленно, очень медленно, ничем их не возбуждая.

– Айлурофобия, – отозвалась она.

– Прошу прощения?

– Так называется боязнь кошек – айлурофобия.

– Рад это узнать. – Он мрачно улыбнулся, догадываясь, что Дельфина таким образом справлялась с ситуацией – передавая бесполезные знания. – Не проведешь ли позже тестирование? – Он старался, чтобы голос у него звучал легкомысленно, надеясь, что подшучивание сможет забрать часть страха – как у нее, так и у него самого.

– Когда я была маленькой, я хотела стать ветеринаром, – сказала она слегка дрожащим голосом. – Я тогда очень любила кошек.

– Слушай, вот что мы сделаем. – Эш увидел, что пара отвратного вида диких кошек осмелились ступить на траву и деликатно пробираются между пластинами, не тревожа мертвых. – Мы пойдем отсюда очень, очень медленно и доберемся до деревьев. Ну а они или оставят нас в покое, или станут нас преследовать. Не думаю, чтобы они внезапно набросились – они нас еще не оценили, – а поскольку это животные дикие, они могут бояться нас больше, чем мы их.

– Не думаю, что такое возможно. – Она взяла его под руку, и они приготовились отступать.

– Я, конечно, мог бы сделать кое-что еще. – Все больше и больше диких кошек появлялось из-за подлеска и между деревьями. Господи, подумал он, да их здесь целая армия!

Дельфина смотрела на него, ожидая продолжения.

– Я бы мог, – нерешительно сказал он, – я бы мог броситься на них и, может быть, отпугнуть их.

– Дэвид! – Она была в шоке от этой мысли. – Не смей!

– Не забывай, они не привыкли к людям. Для них мы пока нечто неопределенное. По крайней мере, это дало бы тебе возможность побежать в другую сторону.

– Я не позволю себе так поступить. Может быть, ты скажешь, что это глупо, но я не позволю себе бросить тебя одного. Мы спокойно пойдем отсюда, как ты говоришь, и они оставят нас в покое.

Эш смотрел на нее сверху вниз и даже в таком отчаянном положении чувствовал только ее бесхитростный внутренний дух. Но его все больше злила мысль о том, что женщину, которую он любит, могут царапать и раздирать длинные когти, кусать хищные зубы… Он все равно едва не бросился на хищных тварей, но здравый смысл Дельфины возобладал над его злостью. Их единственным шансом было просто уйти.

– Ну же, Дэвид, – умоляла она, боясь, что он все еще может приступить к осуществлению своего замысла, – давай пойдем отсюда вместе. – Она подчеркнула последнее слово.

Они оба отвернулись от подкрадывающихся зверей и, не торопясь, почти лениво прогуливаясь, пошли прочь.

Дикие кошки смотрели, как они уходят.

А потом, столь же неторопливо, они начали преследовать свою добычу.

Дельфина цеплялась за его руку, и он чувствовал, что она дрожит все сильнее. Они успели немного углубиться обратно в лес, меж тем как за ними вяло тянулись кошачьи твари с острыми когтями и зубами, и обе стороны в равной мере осознавали, что скоро последует нападение, исход которого предрешен.

В деревьях слева от тропы, на которой они находились, Эш различал движущийся цветной промельк. Они медленно шли вот уже несколько минут, и он боялся, что время на исходе. Он знал, что скоро настанет дикая кульминация. Дикие кошки подкрадывались к ним ближе и ближе, и он словно бы действительно чувствовал в воздухе запах напряженности. Каждый скованный шаг давался, казалось, с большим трудом, каждый внезапный шорох или треск ветки мог означать, что нападение уже началось.

Тем не менее, они выполняли принятое решение, заставляя себя не бежать, даже не двигаться быстрее, продолжая идти тем же шагом, словно не обращая внимания на смертоносное окружение.

Еще одна вспышка оранжевого, на этот раз справа, и Эш догадался, что их с Дельфиной постепенно обходят с флангов. Споткнуться, упасть – даже чихнуть в устрашающе тихом лесу, – все что угодно могло побудить кошек наброситься на них, и парапсихолог прекрасно понимал, что в ближайшее время им надо найти какое-то убежище, иначе все будет кончено. Эш решил, что будет защищать Дельфину до последней капли крови, но исход для них обоих действительно мог быть только один: их разорвут в клочья.

Эш заметил толстую ветвь, лежавшую на траве рядом с тропой и, не нарушая шага, нагнулся и поднял ее. Ему показалось, что он услышал странное ворчание у себя за спиной, а затем протяжное шипение. Время битвы приближалось. Зло, которое он чувствовал в замке Комрек, обитало и в этих лесах.