– У меня есть другая идея, которая могла бы тебе помочь. С берега под скалы уходят пещеры, и в конце одной из них имеется проход, который, по-моему, использовали для доступа в подвалы Комрека. Мне говорили, что много веков назад контрабандисты доставляли через него свои товары, но я не знаю, правда ли это. Если хочешь, я договорюсь с каким-нибудь лесничим, чтобы завтра он провел тебя вдоль береговой линии и, возможно, в одну или две пещеры. Самую большую явно надо исследовать. При отливе ее легко видно, и там есть грубая деревянная лестница, которая зигзагами, в несколько этапов, спускается к берегу. Трудное путешествие, особенно обратно, но однажды я его проделала. И сэр Виктор предупредил меня никогда не пытаться его повторить. Приливы коварны, сказал он мне, и море входит прямо в пещеры.
– Дельфина, ты не представляешь, насколько это может быть важно. – Он улыбнулся ей, и она ответила ему, хотя и нервной, но улыбкой. Он снова притянул ее к себе, и она не противилась. Он чуть не выругался. – Слушай, я действительно опаздываю на встречу с Хельстремом… Ничего, если я?.. – Эш указал на свою записную книжку и наплечную сумку. Он положил одну в другую, а ручку убрал в один из нагрудных карманов своей полевой куртки.
– Дэвид?
Застыв и вопросительно подняв брови, он посмотрел прямо на нее.
– Я увижу тебя позже? – тихо спросила она. – Может, за ужином?
Он снова выругался про себя.
– Боюсь, ужин для меня исключается. Мне надо обследовать остальную часть замка. Пока я осмотрел только нижнюю половину, а мне необходимо осмотреть гораздо больше, прежде чем начать установку оборудования.
Теперь глаза у нее заволокло тревожной дымкой.
– Есть комнаты, в которые тебе не позволят войти. Апартаменты лорда Шоукрофта-Дракера, например.
– Сначала проверю, что скажет Хельстрем. Он не может закрывать передо мной слишком многие помещения, иначе я не смогу выполнить свою работу.
– Позволь мне помочь тебе. – Это было почти мольбой, и он улыбнулся. Он хотел сказать, да, но знал, что это было бы неправильно: иногда ему приходилось работать в одиночку, чтобы призвать свои «чувства», «ощущения», но если присутствовал кто-то еще, это не всегда происходило. Объяснять было бессмысленно: кто не имел опыта «общения» с подобными явлениями, не поймет.
– Спасибо за предложение, – сказал он, – но обычно я лучше всего работаю в одиночку. Кроме того, эта работа может быть связана с холодом, неудобствами и даже с грязью, она не для тебя.
Если Дельфина и обиделась, то хорошо это скрыла.
– Вполне вероятно, что я всю ночь, если найду нужное место, буду караулить.
– Но только будь осторожен.
– С чем? С призраками? Они не могут причинить вред живому человеку. – Это было ложью – духи могут навредить многими способами, – но он не был готов сказать об этом Дельфине: та и так выглядела достаточно обеспокоенной.
– Хорошо, Дэвид, пожалуйста, просто остерегайся.
Боже, ему хотелось снова поцеловать ее, на этот раз с еще большей страстью, но не было времени. Он встал и перекинул ремень сумки через плечо.
– Увидимся позже, – сказал он, неохотно удаляясь.
Он повернул голову только однажды, когда дошел до конца променада, и увидел ее профиль, она по-прежнему сидела на скамейке, сложив руки на коленях, и смотрела на закат. Его чувства к ней были внезапны и неуместны. Но противостоять им было невозможно.
За Дельфину он боялся не меньше, чем за себя. Его послужной список романтических отношений был просто гибельным!
Эш шел через узкий проход, ведущий в большой зал регистрации, и слабые звуки разговоров становились все громче, по мере того как он приближался к длинному фойе. Повернув за угол, он оказался среди болтающих клиентов. Справа от него была длинная, полированного дерева стойка регистрации, за которой продолжали сидеть два молодых регистратора, Вероника и Джеррард.
Несколько голов повернулись в его сторону, когда Эш вошел в мраморный зал, и он не мог не задуматься о том, какой фарсовой была клиентура Комрека: до сих пор он общался с причудливо набожным, но извращенным архиепископом и его прислужницей, а также пропавшим без вести лордом, чье сенсационное преступление и исчезновение сделали его легендарным во всем мире. Кто будет следующим?
