Волколаки — безжалостные твари, хозяева Земли. Они забыли, что всего лишь её дети, и однажды она обрушила на них своё проклятие, дав единственный шанс на спасение…Теперь каждый год людям приходится отдавать своих дочерей на откуп зверям, дабы Волколаки нашли среди смертных для себя пару…И, как гласит предание, лишь одна из невест сможет выдержать натиск Зверя: дарует ему силу невиданную, а их союз положит начало новому роду, тем самым избавив тварей от проклятия.
Проклятие на Зверя легло задолго до этой истории…
В те времена лютые Волколаки были могущественными тварями и одной огромной, многочисленной стаей всех окрасов. Их предводителем был грозный Роден. Альфа невиданной силы, жестокости и жажды всевластия. Он начал свой поход по завоеванию мира и свояков ещё будучи молодым волком. И ежели кто-то сомневался в его силе и бросал вызов — Роден принимал его и безжалостно расправлялся с соперником.
Ему едва стукнуло двадцать пять, когда Альфа полностью подмял под себя все кланы волков, кои жили в ту пору на Земле. Держал в железном кулаке бурых, серых, чёрных, белых более десяти лет. И как бы другим не хотелось свободы, все ходили под ним! Под Роденом! Единым и безжалостным Зверем!
И было у него пятеро отпрысков: две красавицы дочери, завидные невесты, Тильда и Лючия, и трое сыновей. Все от разных жен, коих брал из стай другого окраса, дабы смешивать кровь и объединять кланы.
Зувр — старший из сыновей. Был могучим, угрюмым бурого окраса волком. Главным наследником, приемником, в ком особо ярко чувствовалась мощь крови Альфы, хоть Роден и никогда во всеуслышание о том не говорил. Альфа вообще не трогал подобную тему, ибо жить хотел вечно, как и править… И любое упоминание о смерти воспринимал как угрозу и мог без сожаления уничтожить не только того, кто осмелился о том сказать, но и всю его семью до последнего невинного хвоста.
Второго и третьего сына, Асмуда и Ярэда — близнецов, родила Альфе самая красивая из волколачек на ту пору.
Карра — горделивая дочерь предводителя Серых волков. Она покорила матёрого Зверя едва оказалась пред его очами во время его триумфального шествия по землям Сырых. Роден завоевал их клан без видимых усилий, а потом покорённая стая дала откуп — Карру! Увидев деву, Роден оробел, чего никогда ранее не случалось. Она была его истинной — и отразилась в нём, проняв до глубины души. Застряла в сердце, заполнила все помыслы.
Он не разменивался на нежности, не имел привычки говорить с самками, впрочем как и одаривать их. Всегда считал дев — созданиями низшего звена, созданными для утоления плотского голода. Потому брал когда хотел, где и как… Но эта самка стала для него неприступной крепостью и вожделенным плодом, который и тронуть-то было страшно. Она была под стать богине. Статная, крепкая бёдрами, с осиной талией и полной грудью. Пепельные волосы плотной косой ниже ягодиц опускались. Невероятно голубые глаза отливали морозной неприязнью. Полные губы ни разу не улыбнулись ему тогда. И это тронуло его каменное сердце. До безумия хотелось созерцать, как дева улыбалась.
Карра — ему казалось, что и имени не было красивее.
Глядя на Волколачку, уже предвкушал, как сладок будет плод, да не тут-то было! Карра оказалась строптивой, резкой самкой, знающей себе цену и умеющей ставить на место любого, кто осмелится ей перечить или косо посмотреть вслед — показать, каковы бывают женщины рода Серых волков. Она хоть и подчинилась воле отца и своего клана, став женой Родена, да подчинившись, не смирилась.
Сразу же после церемонии начала бескровную войну, ломая дух Альфы, и как бы ни был жесток с другими — к ней Роден не мог применить силы. Единожды рискнув, осознал, что его сердце растерзано в клочья, плоть голода не утратила, а заветная цель стала ещё дальше. Дева едва пережила насилие. Сильно кровила, никого к себе не подпускала, и клялась, что наложит руки, если Альфа к ней опять прикоснётся.
Что только не пробовал Роден, дабы Карра смягчилась, но она совсем погрузилась в себя и свою ненависть к мужу. Именно тогда Зверь и понял, что познал неизведанные, обжигающие чувства. Любовь и отчаянье! Они его переполняли, но при этом открывали новые горизонты. Рождали глупые и мирные порывы.
Альфа решил, что так не могло дальше продолжаться! Он во что бы то ни было завоюет эту самку.
Да! Из-за Карры Роден был готов остановиться…
О чём и сказал жене. Тихо, нерешительно, в очередную попытку добиться её благосклонности и без особой надежды на милость. На ложе, где дева в полумраке ночи стонала от боли, которая до сих пор снедала её нутро, положил дары с последнего похода: драгоценности, шкуры…
Карра лишь зубами скрипнула, проглатывая стон боли — чего не желала, чтобы Роден видел как ей плохо! Потому и промолчала! По обычаю, вперив морозный взгляд перед собой и плотно поджав бледные губы.
Исхудавшая упрямица… умирающая супруга!
И тогда Роден заверил в своей искренности и поклялся, что согласен на что угодно, лишь бы жена его простила и приняла. Он был готов бросить к её ногам всё, чего бы она не пожелала.
Его тон, страсть, пыл пошатнули стену ненависти девы, и тогда Карра смилостивилась…
Она всего лишь хотела мира, а не супруга узурпатора и монстра! Кто вечно приносит боль, горе и умывает землю в крови! При столь волевом характере, Волколачка умела убеждать мягко, хоть и повелительно. И как оказалось, при обострённой категоричности, неплохо подстраивалась под жизнь.
