Продолжение «Третьей ночи полнолунья». Р
Июль выдался на удивление сухим и жарким, что приятно контрастировало с дождливым и склизким началом лета. Уже в восемь утра солнце жарило по-настоящему, но здесь, на берегу пруда, в тени развесистой ивы, его палящие лучи казались не более, чем детской забавой. Обилие воды и густой купол лиственного покрова надежно предохраняли от удушливой жары и наполняли душу давно не испытываемым чувством неосознанного счастья. Здесь, как принято говорить, «на лоне природы», сам воздух казался необычайно свежим и вкусным, какого ни за что не отыскать даже в самой зеленой зоне городской окраины. И я, в который уже раз за последние сутки, восхитился тем, как здорово выгадал время для отпуска, и что на этот раз у меня хватило ума не отказаться провести его у школьного товарища.
На протяжении нескольких лет Влад неоднократно предлагал мне вкусить прелести отдыха в сельской глубинке, но у меня все не выгорало. То настроение не соответствовало, то отпуск припадал не в лучшую пору. В общем, находилось множество причин, которые сейчас, когда я воочию убедился в красоте этих благословенных мест, никак нельзя было назвать убедительными. Но тем сильнее была моя радость, и я буквально наслаждался каждым мгновением непривычного ощущения соития с настоящей девственной природой. Дитя века, раньше я и не подозревал, что на нашем протухшем от выхлопных газов шарике еще могут сохраниться нетронутые цивилизацией и именно этим столь милые сердцу уголки. И где? Всего в полутора часах езды от города, с его надоевшими суетой, гамом и пылью.
Влад, как и я, по сути своей был истинно городским жителем. Просто он раньше сообразил, что можно совмещать полезное с приятным и хотя бы часть года проводить вдали от мирской суеты.
Будучи неизлечимым прагматиком, во всех своих начинаниях Влад стремился достигать максимального результата, и каким-то образом ему всегда это удавалось. Его не мог удовлетворить прозаический дачный участок с видом на привычные заводские трубы. А потому, лет пять назад, он облюбовал крохотную, затерянную в глуши деревню и буквально за бесценок купил земельный участок с полуразвалившейся деревянной избушкой, вы которой уже долгое время никто не жил. Дела его фирмы шли хорошо, средства позволяли, и за короткое время он воздвиг на берегу пруда настоящий замок со всеми положенными атрибутами: башенками, высоким каменным забором, наподобие крепостной стены опоясывающим просторный двор, массивными железными воротами и узенькой калиткой.
— С детства я мечтал жить на необитаемом острове, — говорил он. — Но, коль такой возможности, увы, не представилось, я решил сотворить себе такой остров сам…
И сотворил.
Не знаю, в какую копеечку влетело созданное им архитектурное чудо, да и не мое это дело, но замок получился отменным и, главное, он прекрасно и ненавязчиво вписывался в окружающий ландшафт.
Поначалу Влад бывал в своей загородной резиденции только наездами. Дела фирмы постоянно требовали его присутствия, однако, постепенно все наладилось и в последнее время он, практически, безвылазно проживал здесь. Правда, в город приходилось мотаться чуть ли не каждый день, но, что такое восемьдесят километров для его новенького японского «джипа»?
Замок («моя крепость» — с гордостью величал его Влад) был оснащен всеми благами цивилизации. Автономная дизельная электростанция давала бесперебойное электричество, что даже в конце двадцатого века для жителей деревни, воспитанных на мифе о «лампочке Ильича», было чудом из области нереального. Электрические насосы снабжали жилище водой, электрический котел грел ее, когда в этом возникала необходимость; спутниковая антенна, установленная на крыше одной из башенок, позволяла принимать телевизионные передачи со всего мира. Продукты Влад закупал в городе, но в подвалах замка имелись запасы, которых, при надобности, хватило бы, чтобы выдержать длительную осаду.
Конечно, даже при таком раскладе моему другу не удалось добиться полной независимости. Большое хозяйство требовало постоянного ухода, а в наше время и охраны.
Порядок в доме поддерживала соседка, женщина лет семидесяти. Она же готовила кушать. Хозяйскими работами занимался ее муж, пропойца, но — мастер «золотые руки». Влад неплохо им платил. Они были довольны и чуть не молились на своего работодателя.
Охрану обеспечивала служба безопасности фирмы — мордатые качки (два человека), которые менялись каждые две недели. Правда, работой их бдительную службу можно было назвать лишь условно. Развлечение, да и только. Нечто сродни курорту. Население деревушки, которое в основном составляли пенсионеры, было настроено к новому соседу миролюбиво, и вирус классовой вражды еще не растлил их невинные души. Но, порядок есть порядок, а предосторожность никогда не бывает излишней…
