– Куда вы собрались, госпожа? Хотите вернуться во Францию?
Жанна вздрогнула.
– Нет, о нет, конечно! Это было бы самоубийством. Я хочу сесть на корабль и уехать куда-нибудь подальше, скажем в Южную Америку. Поедешь со мной?
– В Южную Америку?! – Гладкий лоб служанки прорезала морщинка. – Нет, госпожа, это слишком далеко. Здесь моя семья, которой я должна помочь.
Ее отказ поразил графиню, словно сильный удар. Она не ожидала, что здесь у Марии могли быть близкие люди.
– Это твое окончательное решение? – спросила она.
Девушка опустила голову.
– Да. Я не могу их бросить.
– Тогда просто помоги мне убежать. – Жанна подошла к горничной и обняла ее за плечи. – Просто помоги уйти из этого дома незамеченной.
Мария прерывисто задышала.
– Хорошо, я сделаю все, что вы скажете.
– Прекрасно. – Графиня почувствовала слабость и опустилась на кровать. Она горела как в лихорадке. – Скажи, есть ли в доме охрана? Кто стоит у калитки?
– Специально калитку не охраняет никто, – ответила девушка. – Но днем или утром я бы не рекомендовала покидать дом. По саду шныряет слишком много слуг. Если вы хотите уйти незамеченной, лучше всего сделать это поздним вечером или в полночь.
– Хорошо, пусть будет так, – согласилась Жанна. – Есть еще один вопрос. Как только я выйду отсюда, в квартале от дома меня должен ждать экипаж. Я дам тебе деньги, и ты наймешь карету, которая повезет меня в Саутгемптон.
Служанка наклонила голову.
– Да, я все поняла.
– А теперь иди. – Де Ла Мотт встала с кровати. – Я убегу не завтра, у тебя еще есть время подумать, составишь ли ты мне компанию. Поверь, мы заживем как в сказке. Я выдам тебя замуж за состоятельного человека. А что ждет тебя здесь? Полунищенское существование? Брак с бедняком, холодный очаг и смерть детей, которых нет возможности лечить?
– Хорошо там, где нас нет, – заметила девушка. – Нет, вы меня не уговорите. Когда вам понадобится экипаж, дадите мне знать.
– Да, иди, ты свободна.
Мария сделала несколько шагов к двери и обернулась.
– Вы сейчас говорили о детях, моя госпожа, но подумали ли вы о своем ребенке? Не обрекаете ли вы его на мучения?
– Мой ребенок – не твоя забота, – отрезала де Ла Мотт и отвернулась к окну. Она не обернулась до тех пор, пока за Марией не закрылась дверь.
– Что это такое?! – взбешенный Людовик XVI ходил по кабинету, держа в руке книгу, которая еще пахла типографской краской. – Что это такое, я вас спрашиваю?
Бледный де Крон стоял перед монархом навытяжку и готовился к самому плохому. Он догадывался, какой книгой король машет перед его лицом.
