Юля проснулась, когда солнечные лучи полностью позолотили комнату. Она с удивлением обнаружила, что спит одетая на диване. Наверное, вчера во время разговора с Сергеем она, как говорят, просто вырубилась, а он не стал ее будить – пожалел. Сам Плотников примостился рядом на дежурной раскладушке, вероятно, боясь оставлять девушку одну – вдруг ей станет плохо или что-то понадобится. Юля потянулась и тяжело вздохнула, вспомнив о вчерашних похоронах. Да, дедушки больше нет, но есть память о нем, которую не уничтожат никакие силы. Он останется в ее сердце рядом с отцом и мамой. С отцом… На секунду папа будто предстал перед ней – высокий, улыбающийся, с маленькой черной родинкой над бровью… Господи, как он рано ушел! Но она докопается до истины, узнает, кто свел в могилу близких ей людей. Хотелось бы думать, что все дело в ожерелье, но…
– Привет, – раздался бодрый голос, и жалобно скрипнула раскладушка. – Ты проснулась?
– Мог бы не спрашивать. – Юля свесила ноги. – Поднимайся, будем завтракать и продолжим разговор. Мне сегодня не идти на работу, как я понимаю, тебе тоже.
– Да, вчера я отпросился у полковника, – бросил Сергей. – Если хочешь, можешь еще поваляться. Я приготовлю завтрак.
Самойлова решительно тряхнула головой:
– Нет уж. Мне срочно нужно в душ. А потом мы продолжим вчерашний разговор. Насколько я помню, мы так и не выработали план действий.
– «Есть ли у вас план, мистер Фикс?» – Сергей передразнил героя известного мультфильма и тут же стушевался, вспомнив о трауре. – Извини, как-то само собой вырвалось.
Юля махнула рукой:
– Ладно, ничего страшного. Иди вари кофе, а я – принимать водные процедуры.
– Есть, товарищ начальник! – отчеканил молодой человек. Дождавшись, пока Сергей выйдет, Юля скинула черное платье и облачилась в белый с голубыми полосами махровый халат – подарок отца ее маме (он был чертовски удобным, хотя и на парочку размеров больше) – и юркнула в ванную. Вскоре зажурчал душ, а когда девушка завершила водные процедуры и показалась на пороге кухни, расчесывая густые влажные волосы, Плотников уже пожарил яичницу, свою фирменную, с овощами, и сварил кофе, тоже фирменный, в старой медной турке. От умопомрачительных запахов закружилась голова, и Юля вспомнила, что вчера на поминках почти ничего не ела – кусок не лез в горло. А сегодня молодой организм требовал своего – пищи, – и она опустилась на табуретку.
– Ммм…
– То-то, – в тон ей ответил полицейский, кладя кусок яичницы с розовым помидором и луком ей на тарелку. – Налетай. Сейчас кофе налью.
– Молоко вроде оставалось. – Самойлова провела рукой по лбу. – Впрочем, не помню. Знаешь, после всех этих событий…
– Знаю, дорогая, я уже посмотрел сам. В пакете осталось на один раз. Сегодня обязательно купим. Чтобы не мучиться, закажем обед из ближайшего кафе.
Она кивнула, уплетая яичницу:
– Хорошо, с едой разобрались. С чего начнем поиски?
Плотников глотнул кофе и, поморщившись, отставил чашку – горячий.
– Вчера я предложил начать с Григория Поплавского. Он житель нашего города, бизнесмен. Думаю, все же, несмотря на занятость, выкроит для нас минут этак десять. Тем более с этой книжечкой, – он потряс над головой удостоверением, – меня куда только не пропускали. Безотказно действует.
Юля посерьезнела:
– Тогда, дорогой, пообедаем где придется. Закончим завтрак, я приведу себя в порядок – и отправимся к этому Поплавскому. Чем раньше мы начнем, тем лучше.
– Будет сделано, командир, – отозвался молодой человек, жуя веточку петрушки.
Когда с едой было покончено, Юля прошла в спальню и, скинув халат, облачилась в джинсы и свитер. Это была ее любимая одежда – в ней девушка чувствовала себя комфортно. Потянувшись за косметичкой, она застыла – раздался звонок в дверь.
– Кто это? – удивленно прошептала Юля и крикнула: – Сережа, открой! Если ко мне, я сейчас выйду.
Плотников предварительно посмотрел в глазок и увидел пожилого незнакомого человека в кожаном плаще. Вероятно, незнакомец понял, что его разглядывают, или почувствовал это, потому что громко сказал:
– Матвей Петрович Самойлов здесь проживает?
Сергей сразу распахнул дверь:
– Вы к нему?
– Позвольте, я войду. – От незнакомца исходил запах дорогого одеколона. Плотников попытался вспомнить, как называется этот парфюм – ведь он недавно собирался купить себе такой же, только, увидев цену в три свои зарплаты, передумал, оставил до лучших времен. – Глупо стоять на лестничной клетке и информировать соседей о цели моего прихода.
Сергей посторонился, и мужчина уверенно вошел в прихожую. Уверенность исходила от него, как аромат от чайной розы. Эта уверенность говорила о том, что у обладателя брендовых вещей много денег и он привык подчинять себе людей. И в то же время опытный глаз оперативника заметил некую растерянность, прятавшуюся в опущенных уголках губ и во взгляде, и бледность, проступавшую сквозь загар – ясно, где загорал, когда летом и не пахнет – в СПА-салоне.
– Так где Матвей Петрович? – осведомился гость деловым тоном. – Будьте добры, пригласите его.
