Изменившись в лице, Кэрол села в машину. Когда он устроился в кресле рядом, она тихо заметила:
— Ты назвал меня Кэт.
Он бросил на нее удивленный взгляд.
— Я тебя так не называл.
— Назвал.
— Не мог я тебя так назвать! Тебе послышалось. И, пожалуйста, не упоминай при мне имя этой потаскухи.
Кэрол не стала спорить.
Было уже далеко за полдень, когда они остановились у придорожного кафе, решив пообедать. Кэрол уже умирала от голода и чуть не завопила от радости, когда Мэтт, наконец, сжалился и, недовольно стискивая челюсти, согласился прервать путь на полчаса.
Еда была ужасной, но они съели все, что заказали. Голод не тетка, и не известно, когда удастся поесть в следующий раз. Скорее всего, поздно ночью, в каком-нибудь очередном грязном мотеле. Кофе Кэрол пить не смогла, потому что по вкусу оно напоминало блевотину. Гадая, из чего можно было сделать такой кофе, она купила бутылку кока-колы. Мэтт проглотил кофе, не заметив странного вкуса. И вообще, пообедал он с аппетитом и удовольствием, в отличие от Кэрол. Наверное, тюрьма делает людей неприхотливыми, с грустью подумала она.
— Купи что-нибудь в дорогу, пирожков или там сэндвичей каких-нибудь… не знаю, смотри сама. И еще воды возьми, — распорядился он.
Дождь не прекращался. Все лил и лил. Трасса была скользкой, «дворники» не успевали смахивать со стекла потоки льющейся воды, видимость была ужасной. Но Мэтт даже не сбросил скорость, не обращая внимания на советы Кэрол. Он гнал и гнал вперед, как одержимый. И нельзя было не признать, что, не смотря на плохую погоду, он вел машину уверенно и ловко. Может, кому-то такой дождь и был помехой, но только не ему. Он в дождь и гололед справлялся с загруженными фурами в несколько тонн, а легковой «форд» был в его руках просто игрушкой, даже в такую погоду.
По крайней мере, Кэрол совсем не волновалась за их безопасность и спокойно дремала рядышком, убаюканная шумом дождя. И они действительно без приключений и неприятностей поздним вечером добрались до какого-то придорожного мотеля и, сняв номер, благополучно в нем расположились.
Искупавшись и поужинав, они в прекрасном настроении расслабились в мягкой уютной постели. Мэтт выглядел бледным и уставшим.
— Мэтт, так куда мы едем?
— Пусть это будет для тебя сюрпризом.
— Но я не хочу сюрпризов. Я хочу знать, долго ли ты еще собираешься ехать?
— Я остановлюсь только тогда, когда почувствую себя в безопасности.
— И где это будет?
— Где-нибудь на краю земли.
— Может, тогда лучше сменить машину на самолет?
— Нет. Так нас будет слишком легко вычислить. Ведь в аэропорту мы не сможем воспользоваться фальшивыми именами. Вот если бы у нас были документы на другие имена… Но их нет.
Кэрол не разделяла его уверенности в том, что Джек будет их преследовать. И она не понимала, почему Мэтт так в этом уверен. Если, конечно, призадуматься, вспомнить некоторые детали и сопоставить их, вполне возможно признать, что Джек действительно немного к ней неравнодушен, хоть Кэрол и верилось в это с трудом. Но даже если это так, Джек не из тех мужчин, которые гоняются за женщинами, а тем более, за женщиной, выбравшей другого мужчину. Он гордый и надменный.
Чем больше Кэрол об этом думала, тем больше в ней появлялось сомнений, что Джек из-за нее хочет уничтожить Мэтта. Ну не могла она поверить в то, что все, что сделал для нее Джек, было направлено на то, чтобы добиться ее расположения, или чего там еще, в общем, ее, одним словом. Для нее это было невероятным. Зачем Джеку прилагать столько усилий ради какой-то девчонки, самой обыкновенной, когда он запросто и без труда может найти себе намного более красивую, умную и интересную женщину, достойную его внимания? Кэрол еще могла бы допустить, что Джек в нее влюблен, если бы считала себя неотразимой красавицей, такой, как Даяна, например, рядом с которой любой мужчина может просто потерять голову. Но она таковой не была. А потому все, что сейчас происходило, приводило ее в полное недоумение и смятение.
— Мэтт, как ты себя чувствуешь? — неожиданно для себя самой спросила она, вглядываясь в его странно нездоровое лицо.
— Нормально, Кэт. И перестань меня об этом постоянно спрашивать, меня это раздражает. Спокойной ночи, — неприветливо и резко отозвался он, отворачиваясь от нее.
Кэрол помолчала, чувствуя, как тревожно сжалось сердце.
— Мэтт, я не Кэт.
— Что?
— Я — не Кэт!
Он повернулся, удивленно приподняв бровь, и раздраженно хмыкнул.
— А кто же ты?
Челюсти у Кэрол отвисли от изумления.
— Мэтт, если это опять твои нелепые шутки, то скажу тебе — они мне не нравятся все больше! — разозлилась она, сердито отодвигаясь от него на край кровати.
Он продолжал недоуменно смотреть на нее, и Кэрол с ужасом поняла, что он не шутит.
— Я Кэрол, — растерянно прошептала она. — Ты что, опять меня не узнаешь?
Подняв руки, он потер виски, болезненно сморщившись.
— Мэтт, — позвала девушка дрожащим голосом.
— Что, котеночек? — он бросил на нее нежный взгляд, мгновенно преобразившись в ласкового и мягкого, и Кэрол поняла, что на этот раз он ее узнал.
— Что с тобой? — стараясь не показать своего страха, спросила она.
