Она возвратилась в комнату к родителям. Их там не было. Они ушли курить на балкон. Девушка открыла сервант, копошилась в коробочке со всякой дребеденью. И, вскоре, обнаружила искомое.
«Без меня им будет легче. Проще… Не надо будет заморачиваться как прокормить и тому подобное. Будут пить себе та и все. Никаких проблем. Не хочу! Надоело!!! Издевательства постоянные, побои. Если в этом и заключается вся жизнь, то она мне не нужна. Не хочу жить вот так!!! Но они этого не услышат. Может, хоть так дойдет…»
София скрылась за дверями ванной. Она легла в ванну и уставилась в потускневший от старости потолок.
«Блин, как же это тяжело все! Почему именно я?! Не кто-нибудь другой. Тот же Кирилл, к примеру. У него с родаками все порядком лучше. И ладят, и все хорошо. А у меня каждый день одно и то же!!! Невыносимо уже это все терпеть!! Не хочу. Просто, не хочу…»
Соня протянула телефон на кушетку рядом с ванной и взялась за лезвие. Внутренний страх немного сковывал девушку, но отчаяние было сильнее. Инстинкт самосохранения был подавлен мыслью о том, что выйдя из ванной невредимой, она может огрести от отца. И отходить она будет дольше, чем от одного раза лезвием по венам.
И она решилась. Соня поднесла лезвие к правой руке и сделала первый небольшой порез. Она не задела вены, просто поцарапала кожу. Кровь начала понемногу просачиваться сквозь рану. Девушка лежала неподвижно в ванной и смотрела, как из руки вот-вот пойдет кровь.
Вдруг зазвонил телефон.
«Блин, это он. Как же все это не вовремя!!!»
София подняла трубку.
‒ Привет! Кирюша, как ты там? ‒ спросила она милым голоском.
‒ Привет, зая! Та предки достали. А ты как?
‒ А меня скоро не станет.
‒ Ты глупая? В смысле не станет?? Что ты несешь?
‒ Опять пьяные. Опять скандал. Надоело все.
‒ Успокойся, слышишь? Перебесятся.
‒ Та я их знаю! Ничего не будет! Все одно и то же!
‒ А как же я?
‒ Ты хороший. Ты меня еще никогда не подводил.
‒ Вот видишь. А ты хочешь избавиться от меня.
‒ Нет, не от тебя, а от этой дебильной жизни.
‒ Так я же часть этой, как ты говоришь, дебильной жизни. Твоя часть, понимаешь?
‒ Не вини себя ни в чем…
‒ Та я тебя, блин, дуру, буду винить!!! Нельзя вот так просто складывать руки! В жизни еще столько интересных вещей! Давай вместе попробуем?
‒ Что именно?
‒ Жить дальше. Ты поможешь мне, а я тебе.
‒ Ты ставишь меня в тупик. Я уже все для себя решила.
‒ Глупая!!! Давай для себя поживем! Мы ведь еще настолько молодые!
После этих слов Соня на минутку задумалась. Может и в правду стоит жить дальше и забить на этих двоих. На секунду девушка отошла от состояния полной апатии и продолжила активный разговор с молодым человеком.
‒ Самое главное – что мы любим друг друга! ‒ продолжал кавалер.
‒ Да.
‒ Вот! Никогда не спеши принимать такие решения. По крайней мере, сама. Лучше же посоветоваться.
‒ Ты пожалуй прав…
После этого разговора Соня резко поменялась в лице – грусть, досада и упадок сменились улыбкой и новой надеждой, что все будет хорошо.
‒ Ладно, договорились. Только молчи! Ни кому не вздумай ляпнуть об этой ситуации.
‒ Хорошо малышка. Люблю тебя! Не падай духом! Все, давай. Позже наберу.
‒ И я тебя. Не буду отходить от телефона.
На этих словах разговор прекратился, а девушка снова легла в ванную. Затем, через некоторое время, она сняла с себя домашнюю одежду, и набрала воду. Снова легла, уставившись в потолок. На этот же раз, на её милом личике сеяла детская улыбка. Такая улыбка бывает у деток четырех-пяти лет, когда родители говорят что-то приятное и теплое, или же дарят что-то интересное. Это улыбка счастья, ведь она поняла – у неё есть смысл жизни.
Нагревшись в теплой ванне, Соня уснула. Сон был мягок и приятен – ей снился пляж у лазурного моря. Она сидит у камня, а мама с папой – в обнимку у самых волн. Оба одеты в сияющую белую одежду, что удивило девушку – судя по неопрятности обоих родителей в реальности, неудивительно, что даже во сне обратное ей казалось маленьким чудом.
Затем отец поцеловал её маму, и ушел купаться. Она же подошла к дочери и крепко обняла её, поцеловала. Со словами «люблю тебя», Софию подбросило в ванной. Вода остыла, и девушка ужасно замерзла. Она вылезла, умоталась в полотенце и вышла из ванной комнаты. Уже была ночь. Оба родителя спали на кровати. По-видимому, они еще больше наклюкались после её ухода в ванную.
Вспоминая сон, девушке стало очень больно и обидно. Она села в коридоре, спустившись по стене на пол, и горько зарыдала.
Утро начиналось как обычно. Встал, умылся, позавтракал и в школу. Так, по обычаю, начинался день Кирилла. Друзья называли его Кира или Кирюша. Его мама – старшая медсестра в местной поликлинике, а папа – главный бухгалтер в местной консалтинговой фирме. То есть, деньги у парня иногда водились.
‒ Сынок, ты все съел?
‒ Да, мамочка. Спасибо большое.
У мамы с папой день начинался с половины седьмого утра. Она шла готовить мужчинам завтрак, он – прогревать машину или же просто курить на улицу. Парень подымался чуть позже.
‒ Сына, тебя подвезти в школу? Мне сегодня как раз по пути, ‒ спросил папа, войдя в квартиру.
