- Вот они, - утус Панкор выложил на прилавок цепочку с кулончиком и серёжки. На миг мелькнули его руки в чёрных нарукавниках и пухлые ладошки.
- Если желаете, то можете сами занести их в Управление полиции, - предложил Туран. – Вам всё равно предстоит явиться ко мне для дачи официальных показаний. Я выпишу вам направление.
Нехорошо получилось. Несложное следственное действие нанесло владельцу ломбарда урон в двести пятьдесят виртов. По закону украденные вещи подлежат возврату владельцу. Держатели заклада, как правило, остаются при собственных интересах.
- Нет уж, забирайте, – решительно заявил утус Панкор.
Над прилавком мелькнула пухленькая ладошка, которая уволокла акт изъятия в недра ломбарда.
- Так! Подождите. А где остальное? – спохватился Туран.
- Что вы имеете ввиду? – душа утуса Панкора покрылась изморозью.
- Остальное. Неужели Ласс Амнос принёс вам только это? – Туран показал на цепочку и серёжки.
- Только это, - настойчиво заявил утус Панкор. – Остальные драгоценности из сундука своего батюшки он закопал в лесу.
Голос владельца ломбарда звенит от сарказма. Действительно, если бы Ласс Амнос завладел содержимым несгораемого сундука своего отца, то вряд ли бы у него возникла нужда закладывать украшения матери, то же, между прочим, краденные.
- Вы уверены, что Ласс Амнос ничего, кроме этой цепочки и серёжек, вам не приносил? – на всякий случай уточнил Туран.
- Абсолютно, – утус Панкор не пробиваем. – Я даже больше вам скажу: с некоторых пор младший Амнос регулярно таскает мне драгоценности своей матери. Эту цепочку и серёжки он приносил раза три-четыре.
- Неужели каждый раз выкупал обратно? – усомнился Туран.
- Куда там! – отмахнулся утус Панкор. – Обычно угора Амнос приходила за ними. А один раз сам утус Влиг Амнос явился. Причём, прошу заметить, ни он, ни она даже не пикнули о краже.
Вот оно как получается: когда городские ростовщики наотрез отказали Лассу Амносу в новых кредитах, он нашёл другой источник доходов – воровать украшения родной матери. Любящим родителям не оставалось ничего другого, как выкупать их обратно. Прав был старший Никар Амнос: младший Ласс тянет семью в пропасть. Влиг Амнос богатый купец, но не настолько же, чтобы каждый день давать глупому отпрыску по две зарплаты городового.
Впрочем, на этот раз цепочку с кулончиком и серёжки Ласс Амнос всё же «украл» – будет чем надавить на него.
- Это ещё не всё, – пухлое личико утуса Панкора качнулось в узком окошке. – Ласс Амнос так же регулярно просит у меня в долг. Просто так. Под пустую бумажку с его фамилией.
- И даёте? – наивно поинтересовался Туран.
- Ни за что! – утус Панкор гордо выпрямился и расправил плечи. – Заклад. Проценты вперёд. И никакой бумаги.
Потеря двух с половиной сотен виртов разозлила владельца не на шутку. В подобном состоянии люди с удовольствием рассказывают друг о друге всякие гадости. В особо тяжёлом случае готовы и отца родного сдать. Нужно ловить момент, Туран схватил карандаш и принялся быстро записывать.
- Пишите. Пишите, – утус Панкор одобрительно посмотрел на раскрытый блокнот. – Вот ещё материальчик: с месяц назад ко мне заявился какой-то подозрительный тип с бегающими глазками и предложил выкупить долговые обязательства Ласса Амноса под семьдесят процентов от номинала. Во нахал! За семьдесят процентов.
- И что здесь такого? –Туран на миг оторвался от записей. – У вас ведь всё равно их нет.
Пухленький владелец ломбарда посмотрела на Турана так сурово, как строгий учитель смотрит на безнадёжного двоечника.
- Мастер Атиноу, вы слишком молоды и неопытны. Если кто-то скупает долговые обязательства кого-то, это значит готовится большая пакость. Влигу Амносу ещё аукнется пагубная страсть младшего отпрыска к картам. Ну или тому, кто унаследует его капиталы, - уточнил утус Панкор.
Чем дальше в лес, тем больше дров. По мере продвижения следствия всплывают всё новые и новые подробности. Что дальше? Заговор против императора? Или попытка отколоть Снорскую губернию от Тиллуры? Момент, момент, пока владелец болтлив, как базарная кумушка.
- Вот что, утус Панкор, если у вас есть время, то мы могли бы прямо здесь и сейчас оформить протокол допроса. Тогда вам не придётся наведываться в Управление. Вы согласны? – предложил Туран.
Утус Панкор внутренне напрягся. А владелец не так прост, понимает разницу: одно дело мило беседовать со следователем, и совершенно другое официально давать показания. Чего доброго, на суде выступать придётся. Неужто откажется? Но нет, в эмоциональном фоне утуса Панкора широкой полосой вспыхнула жадность. Две с половиной сотни виртов не дают ему покоя.
- Сочту за честь, - согласился утус Панкор. – Тем более с утра редко кто заходит. Мои клиенты предпочитают вторую половину дня.
