Ему вновь ответил самый молодой.
— нам про него рассказал моряк что приносил завтрак, мы знаем, что сделала эта скотина.
— вот и хорошо, до завтра.
Настало время обеда, Максвелл с Артом отправились на свои спальные места. Максвелл взял свою медицинскую сумку.
— Арт, после обеда у меня не будет времени, не забывай посматривать за своей спасенной, только не буди ее, как проснется зови меня, о пацане не волнуйся, Феральда за ним присмотрит.
Пока Максвелл рассказывал Артемию положение дел к ним подошёл матрос.
— капитан желает, чтобы господин Максвелл присоединился к нему за обедом.
— капитан у вас питается как человек благородный, а вас кормит сухарями да вяленым мясом, обида не берет?
Матрос оскалил зубы.
— за нашим капитаном мы прыгнем в пасть морскому дьяволу без раздумий, если ты считаешь нас крысами в ошейниках это твое право.
Матрос сжал кулаки, Арт вскочил и встал в боевую стойку готовый в любой момент отдубасить темпераментного моряка.
— я не хотел никого оскорблять, просто поинтересовался, мне лишь интересно настроение на корабле, только и всего, всё-таки все эти освобождённые люди принесли немало паразитов вам под палубу.
Матрос разжал кулаки.
— не переживай по этому поводу, многие из нас когда-то точно также избитые и грязные жались друг к другу на борту этого корабля, ты много не знаешь.
Матрос развернулся и направился в сторону камбуза за своей порцией сухарей.
Максвелл кивнул своему другу и двинулся к каюте капитана. После короткого стука, не дождавшись ответа, открыл дверь. Лоренц уже приступил к еде.
— присаживайся, вкушай дары моря пока не пропали, завтра уже будут не те.
В меню и правда были в основном морепродукты, гребешки, крабы, даже морские коньки. Максвелл занял свое место и приступил к еде.
— что ни говори про федерацию, но морепродукты у них самые лучшие на всем континенте, и ведь, казалось бы, всего один порт, я думаю они их закупают у островов, ну ты и сам посуди, у империи ведь тоже обширная площадь береговой линии, но такого разнообразия им и во век не сыскать.
Лоренц поглощал одну креветку за другой. Максвелл ел более сдержано.
— Лоренц, мне нужно устроить поединок на твоём судне.
Капитан резко перестал есть, поднял глаза на своего гостя и громко засмеялся.
— ахах! А ты смешной Максвелл, с кем драться собрался? Ты конечно извини, но мы только вчера выбросили за борт три манекена для битья, хотя, зная о боевых способностях лекарей, не думаю, что ты бы их одолел.
Максвелла кольнула обида, но он быстро с ней справился, императорским целителям и правда было чуждо насилие, не было известно ни об одном случае, когда дипломированный целитель поднял руку на человека, по крайней мере официально…
— как я уже говорил я не закончил обучение, послушай, мне нужно чтобы тот человек в клетке дрался со мной насмерть, если я совершу задуманное без подготовки, ничего не получится, он просто отключится и снова будет спать, а когда он почувствует азарт битвы его организм не позволит разуму выключится.
— да чтоб тебя, и для того чтобы ты завершил свой тайный помысел я должен разрешить двум магам устроить дуэль на моем корабле? Да вы мне все троса перережете, и что потом, будете ручками со своим циркачом до берега грести?
— не перережем, я не буду использовать красный спектр.
— ну здорово, скажи ещё что ты грёбаный паладин.
— я не фанатик, послушай, когда я зашивал солдат на поле боя то многие из них выживали там, где в мирное время наступает верная смерть, когда человек находится на грани смерти что-то просыпается в нем и это что-то даёт его телу большую силу, скорость и стойкость, это мне и нужно от него.
— хватит мне в уши лить своей заумной фигнёй, на моем корабле не будет никаких дуэлей, я уже сказал тебе что пущу ему пулю в лоб если ты не предложишь других вариантов, и когда я закончу трапезу то пойду и сделаю это.
Лоренц замолчал, он снова принялся за еду, и делал он это так спокойно, будто не будет палачом спустя несколько минут. Максвелл догадался, что его собеседник не шутит.
— я лишу его разума.
— хочешь сделать из него безумца?
— именно, я выжгу его страхом, а дальше выкинем его на улицы Геринбурга, и пусть ползет куда судьба укажет.
Лоренц вновь перестал жевать.
— быстрая смерть или безумие на улицах в незнакомом городе, и ты считаешь, что имеешь право выбирать ему наказание?
— я не говорил, что считаю себя в праве наказывать людей за их поступки, у него своя культура, свое восприятие мира, мы не можем понять его, а он не может понять нас, ты прости, но сейчас у меня нет желания на философский спор, я просто хочу отомстить ему за избитого до смерти мальчика которого я поднял с окровавленных простыней.
Максвелл вновь почувствовал, как бездонная черная дыра в его душе принимает в себя всю ярость что он испытывает вот уже очень долгое время, когда нужно она послужит ему, но только тогда, когда это будет действительно необходимо.
Лоренц вновь принялся за еду.
— хорошо, будете драться посередине верхней палубы, вечером, а теперь давай спокойно закончим трапезу.
