- Если организм слабый и непривычный - может и навсегда.
- Ну вот видите, - удовлетворенно произнесла следователь, - вы ответили, как говорится, по всем пунктам. Большое спасибо, Борис Матвеевич.
- Всегда готов, - ответил тот.
Межерицкий уже привык к подобным звонкам и никогда не задавал лишних вопросов...
Когда Коршунов вернулся, то прямо с порога заявил:
- Разуваевы никогда не видели, чтобы Марчук пользовался таблетками от бессонницы. Говорят, разве что тайком и от храпа...
- Как? - не поняла Гранская.
- Храпел могуче, - улыбнулся старший лейтенант. - Старуха Разуваева даже как-то сказала Марчуку об этом. Он просил, чтобы ему стелили в самой дальней комнате от хозяев. И засыпал тут же, только до подушки.
- А что говорит подруга Щукиной?
- Действительно, вспомнила, что Светлана в тот день брала у них снотворное. Правда, сказала, что для отца.
- Ну вот, Юрий Александрович, еще одна загадка раскрыта: Марчук взял нембутал для Зубцова. Подсыпал в водку, через пару минут полное торможение - и делай с человеком что хочешь...
Она рассказала о разговоре с Межерицким, присовокупив при этом:
- А нам с вами следовало бы поставить по единице! Вернее - мне. Надо было сразу попросить судмедэксперта провести анализ крови погибшего Зубцова на содержание снотворного...
- Все-таки докопались, - успокоил ее инспектор. - Лучше поздно, чем никогда... Какое у вас впечатление о Щукиной?
- По-моему, не очень далекого ума и несерьезная девица. Ведь знала, что Марчук женат!
Инга Казимировна осеклась.
"Господи, - мелькнуло у нее в голове, - может быть, вот так и обо мне говорят бог знает что".
- Видать, ухажористый, - сказал Коршунов, не заметив ее смущения.
- Да, наверное, умеет, - кивнула следователь. - А она - из бабочек-однодневок. Прошвырнуться на машине, в ресторане побывать... Вот он и использовал ее в своих целях. Как ни крути, а Щукина объективно соучастница убийства Зубцова.
- Невольная, мне кажется. Умысла-то у нее не было...
- Если говорила нам правду, - задумчиво произнесла Гранская. - Чему, признаюсь, я склонна верить... Ладно, посмотрим... Теперь о Южноморске. Там следует покопаться в кое-чьей биографии. В первую очередь Боржанского и Анегина. Они там, как мне кажется, самые крупные рыбки.
- Я бы этого Боржанского!.. - вдруг зло произнес старший лейтенант. Такие вот и позорят фронтовиков!
- Не говорите, - вздохнула Инга Казимировна. - Прямо не знаешь после этого, кому и во что верить... Мальчишкой партизанил, героем был, а до чего теперь докатился? Был бы бездарь, а то ведь бог его талантом наградил...
- Нашел кого награждать! Гад Боржанский - и больше ничего! - не мог успокоиться инспектор.
- Будет вам, Юрий Александрович, - успокаивала его Инга Казимировна. - Поберегите нервы.
* * *
Когда машина, доставившая Флору Баринову из "Зеленого берега", остановилась у фабричных ворот, подъехал на велосипеде и Боржанский. Пока охранник возился с запором, они успели перекинуться несколькими фразами.
- Закаляете здоровье? - улыбнулась девушка.
- Здоровье никому не вредит, - ответил Герман Васильевич. - Эту штуку, - показал он на велосипед, - я предпочитаю бегу трусцой. Сон теперь, как у младенца, давление - любой спортсмен позавидует. И все остальное в идеальной норме. Уверяю вас, велосипед - транспорт будущего.
Ворота открылись, и они въехали на территорию.
Журналистку уже поджидала секретарь директора и попросила срочно зайти к Фадею Борисовичу.
- Разрешите представить вам, - торжественно произнес Заремба после, приветствия, - наш передовик, зачинатель замечательного движения. Сам Алексей Романович Козолуп!
Флоре подал руку несколько растерянный от такой торжественности молодой приятный мужчина лет тридцати.
- Баринова, - сказала девушка, разглядывая его.
Козолуп был одет по моде - в вельветовых джинсах, в туфлях на высоком скошенном каблуке и с узкими носами, отделанными металлической полоской. На руке у него болталась на цепочке пластинка с какой-то гравировкой такие теперь носит молодежь.
- Ну что вы, Фадей Борисович, - сказал шофер-экспедитор. - Прямо в краску вогнали. Словно я космонавт или альпинист, покоривший Эверест...
- Не скромничай, Леша, - похлопал его по плечу директор. Скромность, брат, не всегда к месту... Понимаете, Флора Юрьевна, он первый стал работать на фабрике по принципу: товар, минуя базы и склады, - на прилавок магазина!
- Что же вы до сих пор скрывали его от меня? - спросила тележурналистка, включая свой магнитофон.
- Он только вчера вечером вернулся из рейса, - пояснил директор. Эх, Флора Юрьевна! Нам бы пяток таких молодцов да специализированных машин еще штуки три - мы бы развернули его движение вовсю! Я очень надеюсь на телевидение. Это огромная сила!
- Постараемся предоставить эту силу в ваше распоряжение, - улыбнулась Баринова. - Вы что, возите продукцию фабрики в другие города? - обратилась она к Козолупу.
- В Таганрог, Жданов, Ростов, - стал перечислять шофер.
