- Верно, но это дела не меняет. Главное, нам надо точно знать: в момент, когда машина падала в обрыв, ее вел Зубцов или она была неуправляема? Тогда прояснится, с чем мы имеем дело - с несчастным случаем или преднамеренным убийством.
Коршунов развел руками:
- А как это узнать?
Он вдруг застыл, забыв опустить руки и уставившись каким-то отрешенным взглядом в окно. По выражению Гранской, "сделал стойку".
- Осенило? - спросила она, подождав некоторое время.
- Постойте, постойте, Инга Казимировна, - улыбнулся старший лейтенант. - Помните одежду Зубцова?
- В гараже?
- Да. Сверток, который дали его матери из морга?
- Помню, конечно...
- Мы никак не можем это использовать? - взволнованно спросил инспектор ОБХСС.
Инге Казимировне передалось его возбуждение:
- Что вы имеете в виду?
- Когда какой-то предмет ударяется о другой, на поверхности этого предмета... - начал объяснять Юрий Александрович.
Но Гранская его уже отлично поняла.
- Остаются частицы, - закончила она. - А в данном случае микрочастицы... Ну что ж, Юрий Александрович, это идея. И неплохая. Кстати, я подумала, что помимо химиков и медики могут внести свой вклад...
...Через час, заехав за Хлюстовой, они были в Госавтоинспекции.
Подойдя к разбитой машине Зубцова, Инга Казимировна обратилась к судмедэксперту:
- Мария Алексеевна, вот какую задачу хочу поставить перед вами. Можете ли вы по характеру повреждений на теле человека узнать, где он находился в момент аварии - за рулем или рядом с шофером?
- Я вас поняла, - кивнула Хлюстова. - Конечно, повреждения будут разные. Если человек сидит за баранкой, обычно прежде всего страдает грудная клетка. Самая характерная травма! У пассажиров совсем другие ранения...
...Гранская вынесла постановление об эксгумации и повторном исследовании трупа.
Назначила она и химическую экспертизу. У матери погибшего была изъята одежда, в которой находился сын в момент аварии.
Химики должны были дать ответ: какие микрочастицы въелись в замшевую куртку? С баранки рулевого управления или с панели перед правым передним сиденьем?
* * *
Измайлову позвонил Авдеев. Из Рдянска.
- Хочу завтра подъехать к вам в Зорянск, - сказал он после обмена приветствиями. - Узнай, пожалуйста, может нас принять Железнов?
Егор Исаевич Железнов был первым секретарем горкома партии.
- Хорошо, Владимир Харитонович. А по какому вопросу?
- Ермакова Геннадия Сергеевича знаете? Из Лосиноглебска?
- А как же! Соседи...
- Намечаем его к вам заместителем. Надеюсь, ты не против?
Ермаков работал помощником прокурора Лосиноглебского района. Ему было лет тридцать с небольшим. С виду - энергичный. Вот и все, что Захар Петрович знал о нем.
Измайлов позвонил Железнову. Тот согласился с ними встретиться в любое время. Что Захар Петрович и сообщил по телефону старшему помощнику облпрокурора.
Авдеев приехал на следующий день утренним поездом. И они сразу отправились к Железнову - первому секретарю горкома партии.
Выслушав соображения руководства областной прокуратуры по поводу кандидатуры Ермакова, первый секретарь спросил Владимира Харитоновича:
- А что, из наших некого выдвинуть?
- Захар Петрович не вырастил, - полушутливо ответил Авдеев.
Возражений со стороны Железнова не последовало.
В прокуратуру Измайлов и Авдеев пошли пешком - десять минут ходу. Захар Петрович все ждал, что Владимир Харитонович заговорит о его, измайловском, деле, но помпрокурора области этот вопрос почему-то обходил.
- Ну что там с Белоусами? - не выдержал Измайлов.
- Неважно, - сказал Авдеев.
И рассказал, что супруг Марины подал на развод.
- Когда суд? - спросил Захар Петрович.
Вместо ответа кадровик развел руками. Уже подходя к зданию прокуратуры, Авдеев поинтересовался:
- Кстати, ты не встречался с Мариной Антоновной после скандала?
- Зачем? - удивился Захар Петрович.
Видя, что Измайлов его не понял, Владимир Харитонович сказал:
- Понимаешь, никак не могу с ней поговорить. Уехала к дочери и до сих пор не вернулась...
Авдеев хотел разъяснить что-то, но, видимо, передумал. Больше об этом не было сказано ни слова.
Вопреки обычаю Владимир Харитонович уехал в тот же день. Когда Измайлов пришел домой с работы, жена встретила его вопросом: где Авдеев? Зная, что в командировке в Зорянске тот непременно вечером обедает у них, она сбегала на рынок, купила кролика, до которого Владимир Харитонович был большой охотник.
Захар Петрович стал уверять, что Авдеев хотел бы уехать завтра, но не мог - срочные дела в Рдянске. Передавал Галине привет.
Все это Измайлов, естественно, выдумал. И от этой, пусть маленькой, но лжи, ему весь вечер было не по себе. И вообще приезд помощника облпрокурора, а главное, известие о том, какой шаг предпринял Белоус, всколыхнули гнетущую волну в его душе. Захар Петрович еле дождался, когда домашние лягут спать, и засел на кухне над своими скульптурами - это занятие обычно снимало нервное напряжение, заставляло забыть о всех треволнениях.
