Это его и подвело. Биение его холодного сердца участилось, будто предстояло ему говорить с одной лишь Тиригосой, а мысли спутались. И перед тем, как настроиться на разговор, он отчаянно пытался вспомнить, что же ему втолковывал Фреймос, что же еще секунду назад он прекрасно помнил.
- Стая! – чуть сильнее, чем следовало, рявкнул Аригос, не знающий еще, что криком при телепатическом общении ничего не добьешься.
- Бедная Синяя стая, - вспомнил последние слова Старейшины Аригос. – Бедные наши собратья!
Фреймос с облегчением вздохнул. Остальные Старейшины прислушались с интересом. Старейшины Дейегос и Ксенегоса невольно переглянулись, надеясь, что Аригос не запретит их увлечение астрологией своим первым же указом.
- Все наше немногочисленное потомство хранится в Драконьем Чертоге в лазурном святилище. Как и наши покойные собратья! Но таков древний закон – живые и покойные собратья всех пяти стай почему-то должны храниться под боком у Королевы драконов. Но где мы, а где – она?
- Когда Король Мертвых напал на Драконий Чертог и воскресил наших мертвых собратьев, что должны были мы делать? Возможно, мы могли лучше защитить их! – продолжал опьяненный вниманием Аригос. – Но бедные наши собратья даже после смерти вынуждены были служить Плети. Разве мы можем допустить повторение этому?
Почти все в зале с удивлением переглянулись. Разве не было покончено с Королем Мертвых еще два года назад и неужели им стоит опасаться сейчас, когда мир разрывает на куски безумный Хранитель Земли, именно Плети?
- Я призываю Стаю, как Лидер, закрыть двери лазурного святилища от любого, кто не состоит в ней, чтобы обезопасить наших мертвых. Домом Синих драконов был и остается Нексус, и наши собратья должны оставаться рядом с нами! Даже после смерти!
Сбитый с толку Аригос говорил все, что только мог вспомнить из речи Фреймоса. А судьба мертвых драконов взволновала его больше, чем судьба живых яиц.
- Из-за этих налитых свинцом туч, мне самому скоро будет казаться, что солнце – лишь игра моего воображения.
- А рыбы вам, молодая леди, не снились?
- А причем здесь? - только и успела спросить Лорна до того, как залилась краской.
Больше она ни к кому не обращалась, зная, что не получит от других объяснений.
