Короткие пальчики гнома сжались. Уизли по-настоящему ощутил холод двух рукоятей коротких кинжалов и жар свежей крови на своих руках. Во время войны он проникал в любые охраняемые орками места, добирался до каждого секретного документа, необходимого штабу Альянса. Уизли помнил, как однажды ему приказали перехватить гонца с важным донесением от Вождя Тралла, и как он поразился, что орки вообще могут писать. Иначе как за животных их в те времена в Альянсе не считали. Тралл стал первым, кто заставил себя уважать.
- О, Свет, - прошептал Уизли, - прости мне то, что находясь в окружении людей, я вынужден разговаривать с орком. Так ты посол Тралла? – обратился к сокамернику Уизли.
- Что?
- Тралл пошол Шильвана.
- Тралл пошел к Сильване? А ты-то тут причем?
От бессилия орк зарычал. Совсем как дикий зверь. Это привлекло внимания стражи.
- Эй! А ну, тихо! – выкрикнул караульный, впрочем, не подходя близко. Вдруг, это действительно рычали звери. Жизнь заключенных мало кого интересовала.
- Спи, жаба, - настолько тихо, что он и сам не слышал собственных слов, пробормотал Уизли – Может быть, когда-нибудь ты мне обо всем расскажешь. Если мы, конечно, живыми останемся.
- Швинка, - отозвался орк.
Для Уизли это прозвучало почти как «спокойной ночи». Привычная темнота сомкнулась вокруг него, но кошмар не желал отпускать гнома, даже после того, как он широко распахнул глаза.
Лапы орка сжимали его шею, казалось, еще чуть-чуть и он придушит его. Настал этот час, которого Уизли ждал столько дней. Пришло время проверить на собственной шкуре гномью мудрость – так ли темно у орка в желудке, как пугала его с детства мама.
Сил сопротивляться не было. Гильнеас не отвечал радушием измотанному шпиону, а жители не испытывали теплых чувств к низкорослым коротышкам, какое, возможно, только мастерски изображали остальные расы Альянса. Люди Гильнеаса и знать не желали другие расы. Конвои, состоящие из всевозможных рас Азерота, медленно передвигались через оккупированные нежитью территории, и Уизли не понимал, куда их ведут. Сдадут нежити на эксперименты в обмен на собственную свободу?
Поговаривали, что король Вариан таки начал войну с Ордой. Но никто из альянсовцев, схваченных в Гильнеасе, не знал достоверно почему. Они лишь удивлялись, что леди Праудмур не вмешалась и не остановила этот конфликт и что бывшего Вождя Тралла теперь больше волновала судьба шаманизма, чем его любимых орков. Если бы король Вариан неожиданно оставил свой пост и отправился спасать мир, чувствовал бы Уизли себя спокойней? Вряд ли. В какой-то момент ему даже стало жаль орка, которому больше не бывать послом Вождя. Вряд ли Гаррош Адский Крик смыслил хоть что-то в дипломатии и нуждался в послах, свободно изъяснявшихся на всеобщем.
- Свинка, - процедила огромная тень, - вставай!
- Дай мне спокойно умереть, жаба, - привычно отозвался Уизли, не открывая глаз. – Неужели для того, чтобы быть съеденным, мне обязательно нужно проснуться? Сделай так, чтобы я ничего не почувствовал. Приятного аппетита.
- Что ты несешь, недомерок? – прошипел орк. – Даже тролли и те вряд ли польстились бы таким костлявым гномом.
- Что там происходит? – открыл глаза Уизли.
Земля перед взором Уизли внезапно отдалилась, луна в небе сделала сальто, и принялась мерно покачиваться круглым маятником. Орк бежал, не заботясь о создаваемом им шуме, оставляя за собой до не приличия много следов, а Уизли, как мешок, болтался у него на плече, заваливаясь на спину.
- Что… ты…. задумал? – крикнул Уизли, подпрыгивая на зеленом плече.
Орк бежал до тех пор, пока лес не обступил их, а собственное дыхание не стало казаться таким же громким, как и раскаты грома. Крики людей и лай собак окончательно стихли. Орк заботливо усадил Уизли у небольшого деревца, сам несколько раз обошел местность, продираясь через кусты, но погони не было слышно и, тем более, видно.
- Пока ты дрых, свинка, - сказал орк, - в лагере начался такой переполох, что ни один караул не остался на своих местах. Уж не знаю, что там у них произошло, но вряд ли что-то хорошее. Куда уж было наблюдать за пленными. Поздравляю, мы бежали. Теперь благодаря мне, ты на свободе.
Уизли оглядел мрачный черный лес, освещенный только серебристыми полосами лунного света, ощутил впивающиеся в кисти путы, мокрую землю под пятой точкой, саднящее чувство нарастающего голода. И еще раз оглядел склонившееся перед ним зелекожее чудовище, прекрасно изъясняющееся на всеобщем. Белые клыки орка, казалось, впитывали в себя лунный свет, и теперь Уизли не мог отвести от них взгляда.
- Я буду скучать по твоему кляпу, - неожиданно для самого себя сказал гном.
