Прометей № 4 полностью

В апреле 1954 года[279] стало известно, что жюри конкурса на лучший проект памятника Маяковскому в Москве сделало свой окончательный выбор – победителем стал лауреат двух Сталинских премий скульптор Александр Кибальников. Прессой особо в этой связи отмечался тот факт, что общественности Кибальников стал известен, в первую очередь, «как автор воздвигнутого в г. Саратове памятника великому русскому революционному демократу Н. Г. Чернышевскому». Согласно городской легенде, эскиз проекта памятника, исполненного еще только из глины, был высоко оценен Сталиным, имевшим, как известно, свои особые художественные и архитектурные предпочтения. Как и в случае с памятником Маяковскому, открытие памятника Чернышевскому Сталин не застал – он был установлен в июле 1953 года, в дни празднования 125-летия философа.

Важно отметить, что помимо работы над памятником поэту, параллельно Кибальников работал над еще одним исключительно ответственным поручением – именно он создавал надгробие на могиле поэта революции на Новодевичьем. И подобное обстоятельство никого тогда не удивило, да и удивить, конечно же, не могло – образ Маяковского, созданный Кибальниковым, сестра поэта до конца своих дней считала одним из наиболее удачных в советском монументальном искусстве.

29 июля 1958 года на площади Маяковского в Москве был торжественно открыт памятник поэту-революционеру. Поэт запечатлен скульптором на массивном постаменте-глыбе в своей естественной позе, словно замедлившим ненадолго свой размашистый шаг, поднимаясь на «Маяковку» с Большой садовой. На одной из сторон постамента – лаконичные строки из поэмы «Хорошо!», на другой – лаконичное посвящение: «Поэту пролетарской революции от Правительства Советского Союза».

То ли по совпадению, то ли намеренно, но репортаж об открытии памятника в «Правде» предваряли строки военкора, поэта-фронтовика Сергея Васильева:

Нетрудно догадаться, что «с гордой непокорной головою» – это явная перекличка с пушкинским «Памятником». Правда в отличие от Пушкина, убежденного в своем бессмертии потому, что был «любезен я народу», Владимир Владимирович Маяковский ни для кого удобным и любезным быть не собирался. Согласно его твердому убеждению, миссия поэта состоит в том, чтобы «выволакивать будущее» из затхлого настоящего – «в тумане мещанья, у бурь в кипенье».

Всю свою жизнь он посвятил борьбе за общество, которое поэтически сравнивал с молодостью мира, и навсегда остался поэтом молодых. Только молодых не по возрасту, а по степени готовности это прекрасное грядущее молодых приближать.