— Я буду осторожен, — ответил Мартин. — Просто осмотрюсь. Больницы — общественные места, я имею право там находиться. Пока я еще считаюсь человеком. Пока мой таймер не достиг нуля.
Кайрен не выглядел убежденным:
— Мне это не нравится. Ты меняешься, Мартин. Становишься… другим. Острее. Опаснее. Больше похожим на них. Но если ты решил, я с тобой. Хотя бы для подстраховки.
Мартин покачал головой:
— Нет, слишком рискованно. Если нас увидят вместе, и кто-то из Центра узнает меня, ты тоже окажешься под подозрением. А потом и под наблюдением. А потом получишь собственный таймер. Лучше я пойду один, а ты будешь на связи.
После некоторых споров Кайрен неохотно согласился. Они договорились о системе проверок — Мартин будет отправлять закодированные сообщения каждые полчаса. Если сообщений не будет два раза подряд, Кайрен поднимет тревогу. Хотя они оба понимали: если что-то пойдет не так, помощь вряд ли успеет.
Городская больница в секторе Д3 была огромным современным комплексом из стекла и бетона. Архитектура новой эпохи — функциональная, безликая, взаимозаменяемая. Как люди, которых она обслуживала. Мартин прибыл туда около семи вечера — достаточно поздно, чтобы избежать наплыва посетителей, но не настолько, чтобы вызвать подозрения.
Он оделся неприметно — серая куртка, джинсы, кепка, скрывающая лицо от камер наблюдения. В руках — небольшой букет цветов, превращающий его в обычного посетителя. Камуфляж нормальности. Маскировка под человека, навещающего больного друга. Ложь во имя поиска истины.
На входе он узнал у дежурной медсестры, где находится шестнадцатая палата, сказав, что навещает друга. Медсестра была молодой, усталой. На её запястье не было браслета. Реал? Или просто медперсонал не нуждался в постоянном мониторинге?
— Шестнадцатая? — медсестра нахмурилась. — В каком отделении?
— Э… терапия? — рискнул Мартин. Интуиция подсказывала — тяжелые случаи держат в терапии. Там, где можно объяснить любые странности «осложнениями».
— Терапевтическое отделение на третьем этаже, — кивнула медсестра. — Но должна вас предупредить, что часы посещений заканчиваются в восемь. И будьте осторожны. После вчерашнего… инцидента там усилены меры безопасности.
Она хотела сказать больше, но осеклась. Инструкции? Или естественная осторожность?
Мартин поблагодарил ее и направился к лифтам. В терапевтическом отделении его встретила тишина и приглушенный свет — большинство пациентов, видимо, уже готовились ко сну. Но тишина была напряженной. Воздух пах дезинфекцией и чем-то еще — страхом? Или это его воображение?
Он медленно двигался по коридору, читая номера палат: 10, 12, 14… С каждым шагом ощущение неправильности усиливалось. Словно он приближался к эпицентру аномалии. Приближаясь к шестнадцатой, он замедлил шаг и напряг все чувства. Что он увидит? Следы какого-то инцидента? Оцепленную зону? Пустую палату? Желе на полу?
Шестнадцатая палата выглядела… абсолютно обычно. Дверь была слегка приоткрыта, внутри горел свет. Слишком обычно. Слишком нормально. Как свежевыкрашенная стена на месте кровавого пятна. Мартин осторожно заглянул внутрь.
В палате находилась молодая женщина, сидящая на кровати с книгой в руках. Рыжие волосы, бледное лицо с веснушками, худые руки с капельницей. Хрупкая. Умирающая. Но в глазах — странный огонь, несоответствующий состоянию тела. Она выглядела больной, но вполне… нормальной. Никаких признаков «деструктуризации» или «желе».
Мартин нахмурился. Может, он ошибся с палатой? Или с отделением? Или Центр уже провел зачистку?
В этот момент женщина подняла глаза от книги и заметила его:
— Вы ко мне? — спросила она с легкой улыбкой. Улыбка была искренней, но с оттенком иронии. Словно она знала шутку, непонятную остальным. — Или заблудились?
Мартин растерялся. Он не ожидал прямого контакта. Планировал наблюдать, анализировать, оставаться невидимым.
— Я… извините, кажется, я перепутал палату, — начал он, но затем заметил кое-что, заставившее его замереть.
На прикроватной тумбочке лежал странный предмет — металлический браслет с дисплеем, выключенным или разряженным. Точно такой же, как те, что носили сотрудники Центра. Артефакт. След. Доказательство.
Женщина проследила за его взглядом:
— А, вы из тех, кто интересуется необычными аксессуарами? — она взяла браслет и покрутила в руках. Движения были осторожными, словно предмет мог взорваться. — Странная штука. Нашла его вчера на полу после того, как здесь была целая делегация врачей. «Врачей». Она тоже использовала эвфемизм. Думаю, кто-то из них обронил.
Мартин осторожно шагнул в палату:
— Можно взглянуть?
Женщина пожала плечами и протянула ему браслет:
— Конечно. Все равно он не работает. Я пыталась включить, но он только мигнул пару раз красным и погас. Красным. Всегда красным. Цвет тревоги. Цвет крови. Цвет истекающего времени.