- Сверр идет с нами. Я разрешаю его выход и беру на себя ответственность перед комиссией Конфедерации.
Слова прозвучали так, словно их сказала не я…
- Ваше право, - разочарованно буркнул начальник безопасности. На его широком лице мелькнула какая-то детская обида, но тут же пропала, Юргас взял себя в руки. - А теперь - выходим!
И уже через полчаса мы покинули Туман. Мы вернулись.
Дальше была суматоха. Встречающие, автомобили, люди в форме, косые взгляды… Самолет. Сверр молчал, словно и не видел, как смотрят на его начи, шкуру на плечах, набедренную повязку. Он крутил головой, щурил свои золотые глаза, разглядывал людей и предметы. Запнулся возле самолета, нахмурился.
- Не бойся, это для полета, - я устало потерла виски. - И это не страшно.
Темные брови ильха сошлись морщинкой на переносице.
- Согласна, звучит странно. Но ты просто поверь мне на слово. Да, это огромная железная штука летает. И доставит нас в столицу Конфедерации. Идем.
Я двинулась вперед, ильх, помедлив, вошел следом. Он тоже выглядел уставшим, яркие глаза потускнели, щеки ввалились, словно ильх не спал несколько суток. Но двигался Сверр бодро. В огромном воздушном судне нас встретили военные и врачи. Максимилиана сразу увезли в специальный отсек, и мне стало спокойнее. О профессоре позаботятся. Все будет хорошо. Нас же провели к капсулам дезинфекторов. Ильх спокойно вошел внутрь, и я видела, как он стоит, окруженный паром специального раствора.
Через несколько часов мы приземлились на закрытом аэродроме Академии Прогресса. А когда трап опустили…
- Круто, - растерянно пробормотал Клин. - Да мы прямо звезды!
Нас встречали журналисты, члены совета и ученые. Серый асфальт даже украсили красной дорожкой, и почему-то мне стало стыдно. Ильх смотрел на всех насмешливо, страха не показывал. Он молчал, а мне было некогда его успокаивать или что-то объяснять. Но перед выходом из самолета я все же подошла и осторожно прикоснулась к руке Сверра. Он повернул голову, глянул остро. И я убрала ладонь. Смутилась.
- Идем.
Толпа встречающих взорвалась криками, вспыхнули прожекторы, потому что мы прилетели ночью. И тут на трап вышел Сверр. Тишину, воцарившуюся внизу, можно было пощупать. Шершавая, словно наждак. Жадные взгляды… и снова - крики, камеры, микрофоны!
- Никаких комментариев! - оборвал Юргас. - Экспедиция ответит на все вопросы позже… никаких комментариев!
Нашу группу снова окружили люди в форме. Под прикрытием военных мы прошли в здание Академии. Здесь тоже уже ждали. Я увидела спешащего к нам Ганса Стеша - ректора и члена комиссии.
- Вернулись! - он радостно пожал нам руки. - Мы верили в вас! И, похоже, все прошло даже лучше, чем мы рассчитывали! Вы привезли аборигена!
- Он нас прекрасно понимает, господин Стеш, - оборвала я, пока ректор не сказал лишнего. - Сверр - наш проводник и тот, кто смог прочитать послание и ответить. Он нашел капсулу с письмом. Мы привезли потрясающие новости, господин ректор. - Я обвела взглядом притихших ученых. - И смогли доказать: Туман можно преодолеть. А фьорды населены разумными племенами.
- Это прорыв! - с благоговением произнес ректор. - Это небывалый прорыв! Какие открываются перспективы! Изучение флоры и фауны, а главное - самих ильхов! Невероятно!
- Давайте обсудим это утром, - встрял Юргас, и я посмотрела на вояку с благодарностью. Все же неплохой он мужик.
- Да, мы ужасно устали, - поддержал Клин. - Завтра мы предоставим отчеты об экспедиции. А сейчас я хотел бы увидеть своих близких.
На миг мне вспомнился взгляд Островски на девушку в кругу шатии, и… я промолчала. Боюсь, некоторых вещей не расскажет никто из членов нашей исследовательской миссии.
- Хорошо, - со вздохом сожаления сдался ректор. - Думаю, аборигена стоит поместить в карантинный отсек…
- А может, сразу в клетку? - вдруг разозлилась я. - Я ведь сказала, Сверр наш проводник, и он прекрасно понимает ваши слова! Он почетный гость Конфедерации, господин ректор! Так что проявите уважение, пожалуйста!
- У вас есть предложения, госпожа Орвей? - оскорбился Ганс. - Конечно, ильх с фьордов - гость, но… весьма необычный, согласитесь! Завтра комиссия решит вопрос с его проживанием, но что делать сегодня?
Я закусила губу, глядя на ильха. И что теперь? Я не могу оставить Сверра одного, с наших ученых мужей станется запереть беднягу в лаборатории! Что бы я ни думала об ильхе, но не могу позволить сделать с ним это. Ведь он действительно был добр к нам, помогал, направлял, даже защищал…
И разве я сама не мечтала о том, чтобы исследовать варвара? Вот и сбылось мое желание! Надо быть осторожнее с мечтами…
