Отлично, еще и дискриминация по половому признаку.
— И чем плоха девочка?
— Тем, что не мальчик, — глубокомысленно поведала Ирга. — Да не трясись. Где один воин не справится, там десять сладят… Родишь мальчишку, вот увидишь! Шатия в этом деле всегда помогает!
— Я… я не хочу… я не буду! Дайте мне оружие, прошу вас…
— Так дадим, конечно! — неожиданно отозвалась Сленга, расправляя на мне ткань наряда. — Выберешь в оружейной что захочешь. Ну, или что сможешь поднять.
— То есть как? — опешила я. — Мне дадут оружие?
— Само собой, — тоже удивились женщины. Переглянулись между собой, качнули головами. — Отбивайся изо всех сил, девонька! Так, как только сможешь! Пока хёгг не позовет, бейся насмерть!
— Что?! — окончательно перестала я что-либо понимать.
— Врежь как следует! — довольно закивала Ирга. — У меня шатии не было, я просто замуж вышла. Но в первую ночь дала муженьку в нос и глаз подбила! Пока он со мной не совладал и на колени не поставил!
Обе женщины довольно рассмеялись, я же ощутила головокружение.
— Но зачем?!
— Как зачем? Чтобы знал, что не просто так ему досталась жена! А в борьбе! Что постоять за себя сможет! И что она достаточно сильна, чтобы родить сильных детей и воспитать воинов! У нас близость зовут схваткой, чужачка, разве в твоих землях иначе? И чем она горячее, тем и удовольствие слаще!
Я хмыкнула. Еще как иначе… Теперь понятно, почему ильх не торопился меня целовать. Если их близость — это схватка, то кто знает, на что способна незнакомка из-за Тумана…
— Смотрите, бой уже начался! — воскликнула Сленга, подбегая к узкому окну.
Я тоже подошла, волоча за собой длинный шлейф, будь он неладен!
Сверху открывался вид на широкую площадку возле башни. И там действительно дрались! Мужиков было около трех десятков, все раздеты по пояс, в одних полотняных штанах. Могучие голые торсы блестят от масла. Оружия не было, похоже, как и в племени, здесь бой велся лишь на кулаках. Я увидела, как здоровяк Вирн заехал кулаком в челюсть своему сопернику, тот качнулся, но устоял и наградил детину ударом под ребра. Мужики хрипели, орали, рычали и колошматили друг друга, стремясь вытолкнуть за линию поединка. Вокруг подбадривала и улюлюкала толпа… Несколько мужчин вылетели за тонкую красную нить, сплюнули разочарованно.
— Да ты не смотри, что они битые, — деловито посоветовала ирга. — У нас мужики крепкие. Бывает после похода придут — щеки впалые, глаза хмельные, сами грязные, в кровище своей и чужой, а поймают если — все равно отлюбят так, что потом встать трудно! Потому что огонь в крови после боя кипит, понимаешь? От ярости риара… Женщины-то ярость не ощущают, мы лишь зов слышим. А вот мужики и то и другое. И сейчас воины разъярились, ты посмотри! Не иначе, зол наш огнедышащий… Ну так что, тебе лишь слаще будет…
Я поперхнулась и оглянулась на добрую женщину с таким лицом, что она осеклась и насупилась. Внизу с веселой усмешкой раскидывал противников Ирвин…
— Ладно, хватит тут болтать! — опомнилась Ирга. — Сленга, прекрати пялиться на воинов! Не по твою честь бой! А ты, чужачка, сядь сюда, надо что-то сделать с твоими волосами… срам один, а не волосы! У девицы они должны быть до пояса, чтобы воину было за что схватить да в кулаке стиснуть, когда на колени поставит. А у тебя что? Срам! Даже не на что венец положить…
Меня потащили к лавке, но я отдернула руку. От картины, увиденной из окна, снова всколыхнулся ужас. Проклятье, сколько там мужчин? Даже если за линию улетит большинство, то все равно останется достаточно… Да о чем я вообще думаю?!
Злость заставила меня вскочить и заметаться по комнате. Разговоры, конечно, отвлекают, но в то же время и приближают время шатии, будь она проклята! А на нее и моего чувства юмора не хватит. Какие уж тут шутки, невесело совсем! И бодрые подбадривания женщин совсем не помогают, от ужаса мне уже дышать трудно.
Кстати…
Словно услышав, затаившаяся паника накатила волной, заставив упасть на колени. Я согнулась, пытаясь сделать вдох. Хоть один… И понимая, что все бесполезно! Мой ингалятор остался в цивилизованном мире, за стеной непроходимого тумана! А без него я не могу дышать!
Ужасное чувство. Разум понимает, что вокруг полно кислорода — живительного, нужного, а я не могу сделать ни вдоха! Упала на доски пола, краем уха услышала, как кричит Ирга… Перед глазами взвился хоровод красных пятен…
А потом на мой лоб легла сухая ладонь, и тихий голос что-то забормотал. И снова прозвучали имена древних драконов. Что это? Молитва? Если бы я могла, я бы рассмеялась. Но я не могла даже дышать. Или? Осторожно потянула воздух. И снова. Приступ прошел, я снова могла глотать живительный воздух! Смахнула слезы и уставилась на невысокого мужчину. Одет, как и все здесь, просто, но зато без оружия. И на кожаном поясе болтается множество мешочков, в которых шелестят травы.
— Ну вот и все, — по-доброму улыбнулся лекарь. — Испугалась, милая?
— Как вы это сделали? — изумилась я. — Как?
