— Сверр, что ты делаешь? — прошипел рядом со мной Ирвин. Но риар на него не смотрел, лишь на меня. Не совсем понимая, что происходит и что снова так разозлило а-тэма, я взяла чашу и отпила. Крепости я не ощущала, лишь горько-сладкий, пряный вкус, медом растекающийся во рту.
— Очень вкусно, — пробормотала я, с изумлением поняв, что язык слегка заплетается. Посмотрела в кубок. Я что же, выпила все?
Риар тихо рассмеялся и вдруг притянул меня к себе.
— Я хочу, чтобы Нероальдафе стал твоим домом, Лив, — прошептал он мне на ухо и медленно лизнул. — Я хочу этого…
Желание вспыхнуло внутри так ярко, что я чуть не застонала. Проклятие, этот ильх и сам действовал на меня, как вино, я от него хмелела… И тут же ощутила, как напряглось тело Сверра, увидела голод в золотых глазах… он тяжело втянул воздух. И резко отвернулся.
Я несколько ошалело осмотрелась. И нутром ощутила изменившуюся атмосферу в зале, она стала пахнуть… желанием? Ахнула, осознавая. Зов хёгга, который чувствуют все. И стоит Сверру ощутить возбуждение — его почувствует весь Нероальдафе?
— Ужас какой… — пробормотала я. — Страсть или ярость… Они все откликаются? Как ты с этим живешь?
— Я умею это сдерживать, — хмыкнул Сверр. Кажется, он действительно успокоился. — Правда, до встречи с тобой у меня получалось лучше.
Он качнул головой, усмехаясь.
Я задумчиво прожевала листочек мяты и кивнула в сторону столов.
— Эта девушка, — тихо начала я, — рядом с Хасвенгом… Она ведь снежная?
— Да, — ответил мне неожиданно Ирвин. — Ее тоже притащил Сверр, поймал прямо возле Аурольхолла. Знатная добыча.
— Она странно на меня смотрит.
— Может, тоже желает сидеть на твоем месте? — с непонятной злостью произнес а-тэм. Побратимы хмуро уставились друг на друга. Первым отвел взгляд Ирвин. А Сверр с досадой покачал головой.
А потом поднялся, и шум в зале мгновенно смолк, а все головы повернулись в сторону риара. Он поднял свой кубок, блеснул на золоте огненный сполох.
— Сегодня мы снова встретили врага и победили его! — громко произнес хёгг. — Откинули от наших стен и заставили пожалеть о приходе в Нероальдафе! Снежные дети Ульхёгга забрали с собой своих поверженных братьев! И сегодня мы станем есть, пить, танцевать и благодарить перворожденных хёггов за нашу победу и наши жизни!
Он выпил вино, и сотня глоток выкрикнула его имя.
Воины вскочили, взлетели в воздух чаши и кубки, расплескивая густой хмель. И тут же с верхнего яруса полилась музыка — не тянущая душу, как на шатии, а задорная, веселая. От нее хотелось смеяться и веселиться.
Со смехом народ бросился в центр, мужчины притопывали, потом расходились, ударяли друг друга открытыми ладонями, снова расходились. Танец был таким же, как все в Нероальдафе — диким, страстным, простым… Танец-битва… К воинам присоединились женщины, и музыка сменилась, став плавнее и медленнее.
— Идем, — Сверр потянул меня из-за стола.
— Туда? — испугалась я. — Ты что! Я не умею! Никогда не умела!
— Если ты споткнешься, я тебя поймаю, — спокойно произнес риар, и внутри кольнуло. То же самое он сказал мне в тесной квартире другого мира…
Воины расступились перед риаром, но я их почти не видела. Кажется, я захмелела от выпитого вина, от сытной еды, от близости Сверра… Он прижал меня к себе, легко повернулся, ведя за собой в странном танце. И, наверное, мы делали что-то не то, порой до моего сознания все же доходило, что смотрят на нас… странно. Но стало наплевать. В какой-то момент я просто позволила себе плыть на волнах удовольствия, ощущать сильные руки, что держали меня, смотреть в золотые глаза. Чувствовать. Жить. Здесь и сейчас, в чужом мире драконов. И понимать, что внутри рождается то, что я боялась назвать, несмотря на свою ученую степень.
Музыка оборвалась внезапно, и Сверр остановился, прижав меня к своему боку.
— Вельма, Вельма… — прокатилось по залу.
Мимо шарахающихся в стороны людей шла старуха. Седые волосы заплетены в две тонкие косы и пегими веревками спадают на впалую грудь. Ее черное одеяние казалось неуместным среди цветных нарядов. И слепые глаза медленно обводят зал, словно ищут жертву.
Плохое предчувствие кольнула под ребрами. Не знаю, что там доказал уважаемый господин Риндор, но с некоторых пор интуиция — моя лучшая советчица! Захотелось спрятаться под стол, возможно, я так и сделала бы, но Сверр не отпустил.
— Рад видеть на нашем празднике Вещую Вельму, — спокойно произнес он, в упор глядя на старуху. — Принимать тебя, провидица, — честь, ты всегда почетный гость.
— А ты всегда мудр, риар, — с хриплым смешком отозвалась слепая. — И знаешь, когда лучше сдержать свою ярость. Последнее время она часто мучает тебя, ведь так?
— Сила зверя не победит разум человека, — сказал Сверр.
— Если он не утерян — разум! — буркнула старуха. — Если человек холоден, как воды фьордов. А не бушует, словно Горлохум! Твое кольцо тяжело, риар, я вижу. Ты славишься своей силой на всех фьордах, но у палки всегда два конца, сам знаешь. Чем больше сила, тем крепче должен быть дух, чтобы укротить ее!
