Хотя кое-что ее все же смущало. Крис даже не попытался ее поцеловать той ночью, когда они сбежали с вечеринки Бэтмена и Супермена. Он был милым, обходительным, забавным, но ни разу так и не полез целоваться. Не смотрел на ее грудь или задницу. Только в глаза.
Поэтому Робин рассматривала себя в зеркале с еще большим скепсисом. Она было решила, что набрала несколько лишних килограмм, а Крис ведь явно любит стройняшек, раз был женат на Гвинет Пелтроу. Но сколько не пыталась ущипнуть себя за бока или обнаружить хоть одну складку на животе, это не помогало. Превратиться в толстуху Роббс явно еще не успела.
В таких случаях только один человек мог сказать ей правду. К тому же она уже безумно соскучилась по Патриции и забыла, что вообще когда-то была на нее зла. Робин решила, что вернется в Калифорнию сегодня же вечером, а если Джек будет против… Если он будет против, то это все равно не удержит ее в Нью-Йорке еще хотя бы на день. Девушка так и не научилась любить этот город, несмотря на то что в рекламе нового тонального крема от Maybelline всем своим видом показывалп обратное, разгуливая по улицам Большого Города Кэрри Бредшоу с идеально гладкой кожей.
На кровати вновь звякнул «айфон», и Уильямс с нетерпением схватила гаджет в руки. Пробежав глазами по полным нежности строчкам сообщения, она прижала смартфон к груди и радостно закружила по комнате, напевая себе под нос какую-то песню, которую вчера услышала на радио.
Параллели к «Игре престолов». Патриция Бэйтман ненавидела их. Пошлые, надоедливые, вездесущие. Но идя по коридору редакции The Hollywood Reporter, она чувствовала себя, как главная сука Вестероса Серсея Ланнистер. Только вот въедающиеся в жопу джинсы не добавляли ее походке королевского пафоса.
Она и раньше не питала никаких иллюзий насчет симпатий коллег, потому что знала, что стоит у них на шкале ненависти лишь немногим ниже Дженси Мин. Патриция сама с трудом и упорством карабкалась на этот сомнительный Олимп. Ее удивляло скорее открытое осуждение, ненависть и какое-то отчуждение в глазах коллег. Даже самая главная стерва всех голливудских сплетен и та посмотрела на нее с едва скрываемой неприязнью. И всю планерку Патти терялась в догадках, что же такого ужасного успела натворить за короткий уик-энд.
Да, видок у нее был тот еще: не успев заехать к себе за вещами, она так и щеголяла в бомжеватой на вид порванной футболке за пару сотен баксов и джинсах тысячи за полторы. Вполне приличный себе набор, а если учесть то, с кого она их сорвала, то вообще предел мечтаний половины читательниц журнала. Складывалось такое впечатление, что только она бурно провела выходные в этом рассаднике добродетели.
– Да с каких это пор всех ебет, кого я ебу, – проворчала себе под нос Патти, открывая своей многострадальной пятой точкой двери в кабинет. Никакая скотина не захотела ни помочь ей с макетами, ни придержать двери, и Бэйтман взяла себе на заметку разобраться с этим немного позже, когда разгребет сошедший с ума почтовый ящик и текущие дела.
– Значит, это правда? – послышался тоненький раздражающий голос ассистентки где-то справа.
В Патриции резко проснулось желание убивать. Она досчитала до десяти в обратном порядке, но оно никуда не ушло. Вот только Минни за это время успела скрыться из зоны поражения, и локоть Бэйтман встретил на пути только воздух и вовремя затормозил перед дверным косяком.
– Что правда?! То, что я питаюсь кровью своих подопечных и продала душу дьяволу? Или что была лучшим в жизни Майкла Фассбендера, пока он не начал трахать ту шведскую воблу?
– И он тоже?.. – благоговейным шепотом произнесла Манро, даже и не пытаясь поднять отвисшую челюсть с полу.
– А что появился кто-то новый? – поинтересовалась Патти, хотя этот вопрос волновал ее меньше всего. Она определилась с причиной всеобщего помутнения и дальше раскрывать вопрос не собиралась. Убийственный вопрос кто с кем спал она предпочитала оставлять желтому дерьму вроде TMZ.
Манро оставила ей на столе документы для подписи и исчезла из кабинета, не проронив больше ни слова. Почувствовала приближающуюся бурю, как потом поняла Патриция. Ей хватило открыть новостную рассылку и несколько писем от коллег по перу, чтобы оценить масштаб катастрофы, разыгравшейся вокруг премьеры «Бэтмена против Супермена». И она разыгралась отнюдь не на киношных сайтах, а в самом любимом ею формате, формате светских сплетен.
