Именно на этом пункте все ее старания чуть не пошли прахом. Если бы тогда, в ванной, она не сдержалась и по первому зову сердца не отлупила Джея лейкой для душа, сопровождая волшебными трехэтажными ругательствами, то в следующие несколько часов опять убедить его в своей любвеобильности было бы довольно сложно. Потому Патти стерпела надругательство, стуча зубами и прохныкав «Холодная», имея в виду воду, которая лилась из крана с горячей. А потом дала замотать себя в гостиничный халат и накормить ланчем. Единственное, чему она воспротивилась, ибо это, несомненно, вызвало бы первые тревожные звоночки в сообразительной голове младшего Лето, это его попытке скорректировать ее гардероб.
В холле они встретились с немного подобревшим Шенноном, который сжимал в объятиях свою даму на субботний вечер, которая вряд ли была той же, что и в пятницу. Он все так же отказывался разговаривать с Патти, удостоив ее только кивком головы, зато с братом активно обсудил план на ближайшие пару часов, пока ему будет еще не все равно, как и где проводить время. Бэйтман же проворачивала свои манипуляции тайно, прикрываясь смартфоном, и надеялась, что в самый ответственный момент биг бро не подведет.
– Джей, – девушка обворожительно улыбнулась, присаживаясь рядом. Его стакан с колой так ловко продвинулся по столу к Шеннону, который в это время был занят сложнейшей задачей: смотреть на девушек в лифчиках из стразов на сцене или в декольте своей подруги, что даже сам не заметил, как тот сменил место дислокации.
– Если ты хочешь спросить, кто круче: танцовщицы на сцене или ты… – мужчина улыбнулся, обнимая Патти за талию, – то можешь даже не сомневаться, что весь вечер я не спускал взгляда только с одной девушки, – и жадно поцеловал ее в губы.
Наглая ложь, усмехнулась про себя Бэйтман, если бы это было так, то фокус с подменой стакана вряд ли удался бы. Обворожительные блестелки на нижнем исполнительниц знаменитого танцевального шоу Вегаса привлекали намного больше внимания, чем Патриция, скрывшаяся куда-то в направлении дамской комнаты. Поэтому, собственно, она и согласилась сходить с двумя взрослыми идиотами на это шоу, где должны были представить новую восходящую звезду откуда-то из Европы. Полуголые бабы на сцене – отличное прикрытие для любых тайных делишек против мужиков.
– Вообще-то я не об этом, – промурлыкала девушка, улыбнувшись, – но все равно спасибо.
Патти положила ногу на ногу так, что ее бедро показалось в неприлично длинном разрезе платья. Джей тут же положил руку на оголившуюся кожу.
– Я хотела тебя поблагодарить за…
– Рановато еще, вечер только начался.
– …за то, какой ты у меня терпеливый. – Она положила голову на плечо мужчине и взяла его ладонь в свою. – И заботливый. Хотя, знаешь, я ведь сегодня всерьез задумывалась, как бы тебя самого ополоснуть прямо в одежде.
– Я тоже рассматривал несколько подобных сценариев и несколько похуже, – рассмеялся Джей.
Шеннон потянулся к своему стакану и, отпив глоток, удивленно уставился на его содержимое. Патриция на мгновение напряглась. Настал момент истины. Старший бро покосился на младшего, который был занят тем, что гладил Патти по волосам, она же поймала взгляд Шенимала и едва заметно покачала головой из стороны в сторону. Соображопистый муж только пожал плечами и принялся пить пустую колу как ни в чем не бывало.
– Были и похуже, – согласилась Патти.
– Иначе я бы просто не узнал свою Конфетку.
Патти потянулась к «мартини», и Джей последовал ее примеру, взяв «свой» стакан.
– Признайся, – он отпил глоток, и заговорщики на мгновение забыли, как дышать, – ты ведь уже придумала какой-то дерзкий план с ограблением казино и несколькими бездумно жестокими убийствами?
Джей сделал следующий глоток, и Патти улыбнулась. Ничего не заметил. Пропорции были соблюдены.
– Обижаешь, Пирожок, все безумные планы на этот вечер будут исключительно нашими общими.
– Тогда я предлагаю сбежать из этого вычурного и пафосного кабаре во время антракта.
Глоток за глотком спаивая своего спутника, доселе не сворачивающего в дебри алкоголизма, Патти и сама набралась дальше некуда. Потому жесткий бит бростепа и крики толпы, беснующейся под сет Скриллекса, врывались в ее сознание и резонировали от барабанных перепонок так, будто кто-то поместил ее под купол, по которому регулярно бил гребаными семплами. Все шумы разом резонировали от ее несчастной черепной коробки, создавая ощущение совершенной нереальности происходящего, будто кто-то заботливый подмешал ей в выпивку еще и наркоту.
– Это наша песня! – Джаред, не вытерпев их медлительности, подбежал к Шенну и Патти и потащил девушку на танцпол, над которым разносились первые звуки гребаного «ламборгини».
– Как романтично, – хмыкнула девушка. В отличие от Джареда, выпивка не делала из нее единорога Криса Мартина с синдромом комиксного психопата под экстази.
Праздник начинал выходить из-под контроля слишком рано, и вытанцевать немного лишнего алкоголя под сет какого-то вундеркинда-переростка электронщины казалось просто отличной идеей.
