В состоянии близком к истерике Крис вернулся в отель. Робби нужно было переодеться. Энергия из нее била ключом, а он ощущал себя дряхлым стариком.
Облачившись в тесные джинсы, Робин накинула поверх футболки косуху и собрала в пучок волосы. Как же она была прелестна… Крис подошел к девушке и, дотронувшись губами до ее щеки, прошептал:
– Ты такая красивая.
– Это ненадолго, – усмехнулась в ответ Уильямс, продолжая вертеться перед зеркалом. – Скоро я стану толстой, и ты уже не будешь вот так смотреть на меня…
Она застегнула куртку и вздохнула.
– Милая, – музыкант развернул Робин к себе и, взяв ее за плечи, продолжил: – Я каждый день благодарю Бога за то, что ты есть в моей жизни. И это никогда не изменится. Я так люблю тебя…
Губы Роббс растянулись в самодовольной ухмылке. В такие моменты она становилась похожей на лису.
– Ты меня смущаешь…
Крис притянул Робби к себе и поцеловал в макушку. Ему хотелось подержать ее в объятиях подольше, но Уильямс начала ерзать, поторапливая его. Поездка на Монмартр не могла больше ждать!
В основном она насмотрелась романтических фильмов о Париже. Именно поэтому Робин приходила от города в настоящий восторг.
До Монмартра они добирались на метро. И попытки Криса отговорить Робин ехать в общественном транспорте не подействовали. Она сказала, что на метро будет гораздо романтичнее.
Монмартр – одно из самых колоритных мест города. Узкие улочки, очаровательные маленькие парижские кафе, аромат жареных каштанов и сигарет. Всемирно известное кабаре и куча лавочек, до отказа набитых всевозможными сувенирами.
Робби цеплялась за руку Криса и улыбалась ему. Со стороны они выглядели совсем юными. Добравшись до базилики Сакре-Кер, купола которой точно слеплены из песка, влюбленные попали в яркий водоворот уличных представлений. Территорию вокруг храма давно оккупировали уличные музыканты, актеры, стоящие неподвижно мимы и темнокожие шарлатаны. Один из таких бросился к Робин и попытался всучить ей шерстяную нитку, которая непременно принесет ей удачу, стоит девушке лишь повязать ее на запястье. И Уильямс почти поверила, но Крис, который был менее доверчивым в таких вопросах, вовремя уволок возлюбленную туда, где какой-то француз играл на гитаре. Народу вокруг него было немного, парнишка явно только начинал зарабатывать таким способом. Крис подошел к молодому человеку и спросил, говорит ли он по-английски. Тот утвердительно закивал, и тогда Мартин начал ему что-то объяснять, периодически кивая на Робин, которая стояла в нескольких шагах.
– Что ты делаешь? – рассмеялась девушка, когда Крис взял у уличного музыканта гитару.
Мартин несколько раз ударил по струнам и улыбнулся в ответ.
– Иди сюда, – позвал он. – Я вчера написал для тебя кое-что.
Залившись краской, Робби подошла ближе под одобрительное улюлюканье небольшой толпы, которая моментально окружила Криса.
Он пел. И голос его периодически срывался. Мужчина дрожал, а Робин ловила каждое слово, обращенное к ней. И его слова били прямо в сердце. Прикусив губу, чтобы окончательно не расчувствоваться, девушка встретилась с Крисом взглядом. Как же она любила его! Любила каждой клеточкой своей души. Чувствуя, как на глазах выступают слезы, Уильямс опустила ресницы и улыбнулась. На ее щеке блеснула тонкая влажная дорожка.
– Зачем плакать, мисс? – спросил ее на ломаном английском, стоявший рядом уличный музыкант. – Он вас сильно любить!
Словно в подтверждение его слов, Крис отложил гитару и, подойдя чуть ближе к Робби, опустился на одно колено.
– Робин, я… – он залез в карман джинсов и вытащил маленькую бархатную коробочку. Собравшаяся вокруг толпа ахнула, кто-то одобрительно присвистнул, а Робин почувствовала, что биение собственного сердца заглушило для нее весь мир вокруг. – Я люблю тебя. И клянусь любить тебя до конца своих дней. И если ты согласишься стать моей женой, то большего для себя я никогда не пожелаю… Ты сделаешь меня самым счастливым мужчиной на свете.
Он осторожно приоткрыл коробочку и, вытащив кольцо, протянул его Робин. Девушка стояла неподвижно.
– Я люблю тебя, – повторил Крис. Голос его дрожал.
– Тогда, – произнесла она чуть слышно, – надень его…
Протянув мужчине левую руку, она едва заметно улыбнулась.
Мартин осторожно взял ее ладонь в свои руки и надел на безымянный палец потрясающей красоты кольцо с розовым бриллиантом. Затем поднес к губам и нежно поцеловал.
Толпа снова загудела. А Робин бросилась в объятия Криса, едва он поднялся. Она чувствовала, как бьется его сердце. Прижимаясь к мужчине всем телом, Уильямс уткнулась в его шею и прошептала:
– Да, да, да… И тысячу раз да!..
Музыкант приподнял Робби и начал шептать ей в губы что-то бессвязное, какие-то глупые признания. Еще никогда в жизни он не чувствовал себя так. Она была всем его миром. Сегодня и навсегда.
========== Глава 42. Мальчишник ==========
