В свете лучей этих кристаллов можно было понять, что это место успели обжить, но точно не для долгого проживания. Эта пещера больше напоминала место поклонения, какой-то культовый объект, представленный множеством толстых свечей из жира и воска. Все они сейчас были потушены, а зажечь их было банально нечем. Там же, на выдолбленных в камнях порожках и ступенях стояли рисунки вместе со странной религиозной символикой в виде вертикальной черты и широкого круга на его верхней стороне. Подобные вещицы были сделаны из дерева, проволоки, сушёной травы и любых других подобных материалов. Такие предметы сочетались с некоторыми из рисунков, представленных в виде человека, заключённого в круг.
- Ну и что это за хрень? – спросил я пересохшими губами.
Неожиданно для себя я почувствовал, что в мою спину устремлён взгляд. Очень неприятный, злой взгляд. Раньше мне уже удавалось ощутить подобное чувство, но происходило подобное в Африке, когда в меня целился один из исламистских боевиков.
Рефлексы сработали прекрасно и я, откатившись за небольшой выступ внутри пещеры, прижался к земле, готовясь услышать громкие хлопки выстрелов внутри замкнутой пещеры. Вот только их не прозвучало, и я, выждав несколько секунд, выглянул из-за своего скромного убежища, обнаружив человека.
Незнакомец был недвижим, а в полной тишине пещеры любое движение и даже дыхание легко можно было бы заметить, но человек оставался на месте. Я видел, что он сидит, прижавшись спиной к стене и смотрел на небольшой поставленный алтарь со странными религиозными элементами. Хотя, взгляд его был точно таким же стеклянным, как и стоящая же рядом бутыль.
Подняв с земли камень, я аккуратно подошёл к лежащему неподалёку. Даже в полутьме можно было понять, что незнакомец был совершенно и необратимо мёртв и отбросил кони он не позднее, чем мару суток назад. В пещере было достаточно холодно, чтобы начался процесс разложения, отчего тело лишь приобрело характерный трупный цвет вместе с едва ощутимым запахом.
Обернувшись и прислушавшись к окружающему меня подземелью, я дал волю мародёрскому инстинкту, который сразу взыграл внутри моей головы, направляя руки шариться по холодному телу.
Незнакомец был мужчиной и назвать его богатым, судя по наличествующему снаряжению, было очень сложно. Помимо относительно добротного серого рюкзака, лежащего подле трупа и крепких туристических ботинок, было сложно выловить хоть один элемент одежды, достойный большого внимания.
Чтобы обшарить карманы погибшего мужчины мне хватило меньше пятнадцати минут, и сложно было сказать, что я был разочарован в найденном хабаре, особенно учитывая тот факт, что достался мне он полностью бесплатно. Помимо сносной одежды, из которой только куртка мне оказалась немного большой, в руки мне попала настолько старая фляжка, что датировка её производства относилась ещё к советским временам довоенного производства, покоцанный бинокль, пустая кобура из давно выцветшего брезента, серый плащ-пыльник, свёрнутый сейчас в аккуратную скатку снизу рюкзака, патронташ, часть ячеек которого была заполнена побитыми патронами в латунных гильзах, а также само ружьё, достойное куда большего внимания. Судя по оставшимся пометкам, этот ствол был производства Италии и, быть может, раньше был достаточно дорогим, но от прежнего лоска осталось очень мало. От полноценной горизонталки остался лишь корявенький обрез, который давно не видел ухода умелых рук, но не оказывался настолько безнадёжным и если провести нормальную чистку, то можно оружие можно будет привести в надлежащее состояние.
Последним в мой сектор внимания попала стоящая рядом с трупом бутыль. В тусклом свете кристаллов сложно было рассмотреть внутреннее содержимое, а потому я взялся за торчащую из стеклянного горлышка пробку и с хлопком вытянул её. В нос сразу ударил запах самой последней сивухи, от которой остатки странной усталости полностью исчезли.
- Ну и кто же ты такой, дружище?
Странно было задавать вопрос трупу, но мне стоило быть благодарным этому бродяге. Всё же, большая часть его одежды была мне по размеру и какой-никакой, но стартовый капитал теперь у меня был. Да, пришлось преодолеть некоторую брезгливость, но лучшего варианта разжиться вещами в текущих условиях просто не существовало.
Оставив тело мужчины внутри пещеры, я двинулся в сторону выхода. Теперь у меня было достаточно много полезных вещиц, а находящийся в руках обрез своей тяжестью придавал мне уверенность. Пусть и патроны в старых латунных гильзах точно были самокрутными и далеко не лучшего качества, но один их факт существования не мог не радовать. Да, в будущем нужно было сделать полноценное обслуживание оружия, но тем старенькие курковики и были прекрасны, что даже в откровенно хреновом состоянии смогут сделать хотя бы пару уверенных выстрелов.
Пробираться было тяжело, и даже свет найденной зажигалки, внутри которой осталось ещё немного бензина, не столь сильно разгонял окружающую меня темноту. Приходилось идти осторожно, медленно ступая по каменистому полу, усеянному множеством отколотых кусочков.
