– Но вы ведь можете остаться на обед? – спросила леди Шеффилд. – Пара часов ничего не изменит.
– Война! – внезапно произнес отец Венеции. – Полная нелепость! – Она взглянула на него: отец сидел в шезлонге и качал головой. – Ты оказалась права, Венеция. Нас в нее втягивают.
Она не ожидала письма следующим утром. Думала, он слишком занят, чтобы писать ей. Но Эдит принесла письмо в обычное время. Было слышно, как зятья внизу готовятся к отъезду.
– Спасибо, Эдит. Скажи всем, что я сейчас спущусь.
Она подождала, пока не закроется дверь, а потом вскрыла конверт. Основная часть письма была написана во время ланча.
Вторая часть была короче:
Она засунула письмо в карман юбки.
Она спустилась вниз. В холле слуги перетаскивали вещи отъезжающих хозяев в машину.
– А где же все?
– В гостиной, мисс.
Настроение за обедом было на удивление бодрым, даже воодушевленным, как будто офицеры отправлялись навстречу захватывающему приключению. Но теперь, когда они переоделись в форму, все ощутили реальность предстоящей войны, и атмосфера в гостиной стала более сдержанной. Венеция поцеловала каждого из них на прощание: сначала Эрика, нравившегося ей больше других, потом Билла, уверенного, что кризис скоро сойдет на нет, и последним – Энтони, который, целуя, положил ей руку на талию и прошептал в ухо:
– А если меня убьют и мы с тобой так и не переспим?
Она шагнула назад и оглянулась на Сильвию, но та смотрела в другую сторону и, похоже, ничего не заметила.
– Тони, не будь таким мелодраматичным. Вероятно, через неделю ты вернешься назад. Это всего лишь предупреждающие телеграммы.
– Откуда ты знаешь про предупреждающие телеграммы?
Он служил в Военном министерстве. Венеция устроила его туда по знакомству, когда премьер-министр занял пост военного министра. А теперь пожалела об этом.
– Должно быть, прочитала в газетах.
– В газетах о них не писали, это секретные сведения, – сказал он с неприятной усмешкой, словно радуясь, что поймал ее на вранье. – Но он, разумеется, рассказывает тебе обо всем. Это каждому известно.
– Не понимаю, о чем ты говоришь.
– Ему же за шестьдесят. Чертовски интересно, что ты в нем нашла… кроме совершенно очевидного?
– Пойди лучше попрощайся с женой.
Венеция отошла от него. У нее дрожали руки. Немалых трудов стоило ей сдержаться, выдавить из себя фальшивую улыбку и вытерпеть еще несколько минут, тщательно избегая встречаться с Энтони взглядом, направляясь вслед за всеми из гостиной в холл, а потом стоя на крыльце вместе с сестрами и родителями и махая рукой троим мужчинам, пока автомобиль медленно проехал по длинной дорожке, огибавшей оленью изгородь, затем повернул направо, к дороге на Холихед, и окончательно исчез из виду.
Димер отпустил себе запас времени на то, чтобы отыскать Уотергейт-Хаус. Это оказалось массивное здание из ярко-красного кирпича и бледно-серой каменной кладки, спрятавшееся в самом конце узкой улочки, идущей от Стрэнда в сторону садов на набережной Виктории, но упиравшейся в тупик.
