Минут десять он простоял напротив садовой ограды, якобы читая газету, а на самом деле приглядываясь к людям, спешащим на службу. В основном это были обычные клерки, и он подумал, что они могли оказаться страховыми агентами или, допустим, бухгалтерами, но потом заметил двоих пожилых мужчин с выправкой отставных военных, идущих быстрым шагом с портфелями в руках.
Ровно без пяти девять Димер выбросил газету в мусорный бак и направился через дорогу к Уотергейт-Хаусу. Холодный, безликий вестибюль из мрамора и стали вел к лестнице. Первый и второй этажи здания выглядели вполне обычно. Через приоткрытые двери он разглядел внутри телефоны и пишущие машинки, в коридорах о чем-то разговаривали служащие. На третьем этаже было тихо. Он постоял, прислушиваясь, а затем осторожно подергал ближайшую дверь. Заперто. Дверной глазок. Таблички с номером нет. Он прошелся до безлюдной лестничной площадки, проверяя по пути каждую дверь, обернулся и увидел женщину, наблюдавшую за ним.
– Доброе утро, – направился к ней Димер. – Мне нужно видеть капитана Холт-Уилсона.
Высокая и широкая в кости женщина средних лет была одета в коричневый шерстяной костюм. Когда он подошел ближе, она уперла руки в бока и встала перед ним, преграждая дорогу:
– А кто вы такой?
– Детектив-сержант Димер из полиции.
– У вас есть документы?
Димер протянул ей удостоверение. Она поднесла его к свету и с подозрением повертела в руках, рассматривая со всех сторон, словно фальшивую банкноту, и наконец вернула назад.
– Проходите, раз так. – Она провела его в небольшой кабинет и закрыла за собой дверь. – Подождите здесь.
Потом зашла в соседнюю комнату, опять закрыв дверь, и такая бдительность напомнила Димеру тюрьму. Из этой женщины получилась бы хорошая надзирательница. В свое время ему приходилось встречать таких.
– Капитан сейчас вас примет.
Когда он вошел, Холт-Уилсон поднялся со стула. Сорокалетний, жилистый, лысый, с торчащими ушами, длинным острым носом и жесткими, как зубная щетка, усами. Казалось, все его лицо сходилось в одну точку на конце этого огромного клюва, выступающего вперед, как бушприт корабля. На нем был полковой галстук с темно-синими и алыми полосами. Он перегнулся через стол и пожал Димеру руку.
– Значит, вы Димер? – гнусаво сказал он, хотя и с хорошим произношением образованного человека.
– Да, сэр.
– Садитесь, пожалуйста.
Димер сел на стул и быстро огляделся, отметив заваленный папками стол, голые стены и большой стальной сейф в углу.
– Вы молодо выглядите. Сколько вам лет?
– Двадцать девять.
– Знаете, почему оказались здесь?
– Нет, сэр.
– Вы ведь следите за новостями, я правильно понял?
– Да, сэр.
– Тогда причина вам известна. У нас маленький штат, слишком маленький, откровенно говоря, для решения поставленных перед нами задач, и поэтому нам приходится срочно увеличивать число сотрудников – буквально за одну ночь. Я попросил суперинтенданта Куинна рекомендовать мне пару полицейских младших чинов, кто мог бы подойти для нашей работы, и одним из них оказались вы. Хотите узнать больше?
– Да, сэр.
– Хорошо. Однако, прежде чем ввести вас в курс дела, я хочу, чтобы вы подписали вот это. – Он подтолкнул к Димеру по столу лист бумаги и ручку. – Это приложение к Закону о государственной тайне, в котором вы обязуетесь не разглашать никаких сведений о вашей работе и подтверждаете, что осведомлены о наказании, которое можете понести за это.
Димер подписал бумагу, не читая, и вернул назад. Холт-Уилсон ответил мимолетной улыбкой в духе «добро пожаловать в клуб».
– Мы являемся частью Военного министерства, но вы сохраните свое звание сотрудника столичной полиции. Наша непосредственная задача – ловить германских шпионов, и, как полицейский, вы имеете полномочия для ареста, которых нет у большинства моих коллег. У нас уже есть список примерно из двух десятков вражеских агентов, которых необходимо взять под стражу, как только будет объявлена война. Вы успеваете за моими объяснениями?
– Да, сэр.
– Простите, что бросаю вас сразу в дело, как щенка в воду, но у нас мало времени, а ситуация угрожающая и не терпит промедлений. Вот человек, на котором вы должны сосредоточить внимание в ближайшие два дня. – Он показал Димеру нечеткую фотографию. – Карл Густав Эрнст. Сорок три года. Отвратительная свинья. Владелец парикмахерской на Каледониан-роуд, рядом с тюрьмой Пентонвиль. Он стрижет даже начальника тюрьмы и капеллана, можете себе представить? Живет прямо над парикмахерской, исполняет роль почтальона для германской шпионской сети и вербует новых агентов. Мы следим за его деятельностью уже несколько лет.
– Что я должен делать?
– Пока просто приглядывать за ним. Прежде всего убедитесь, что он все еще проживает по этому адресу. Проследите за его посетителями, если представится возможность. Мы не хотим, чтобы он запаниковал и скрылся или предупредил других. Понятно? Адрес на обратной стороне фотографии, – объяснил Холт-Уилсон, протянул снимок Димеру и посмотрел на свои карманные часы. – У меня есть всего пять минут, чтобы показать вам, как здесь все устроено. Вопросы есть?
