– Кнопочный? Пипец… Ты совсем нищая, что ли? С таким позорищем ходишь. Куртка-то приличная вроде. Попросила бы ухажера какого-нибудь айфон подарить.
– Айфон давно бы разрядился, – чуть не заплясала на месте Полина, увидев, как засветился экранчик. Теперь главное вспомнить пароль.
– Слушай, а дай разок позвонить. Маме только.
– Подожди, – отмахнулась Полина, неверно введя пин-код.
– Ну хоть эсэмэску набери. Плюс семь…
Цифры, которые произносила девушка, путались с теми, что нужно было ввести. Снова ошиблась. На крошечном экране появилась надпись: «Пин-код сим-карты. Осталось попыток: одна». Полина чуть не заревела в голос.
– Скоро поедем, – надиктовала текст та. – И подпись в конце не забудь. Милана. Нет, Маша напиши. А то еще не поймет…
– Да замолчи ты! Дай разблокировать.
Незнакомка заткнулась. Полина же знает пароль, что за наваждение? Туман в голове от голода и жажды, вот что… Кажется, два три ноль шесть. Это день рождения Лизы. Никто бы не догадался. Или у нее двадцать четвертого? Нет, точно двадцать третьего. Это ее собственный день рождения никто, кроме них с подругой, не праздновал, а к Лизиной дате готовились за полгода. Правда, сейчас Полина и свой-то помнила смутно. А вдруг она ошибется? Стоило бы посидеть, подумать. И заодно дождаться, пока они спустятся и отберут мобильный? Ну уж нет! Не давая себе времени засомневаться, она ввела четыре цифры. Экран на мгновение опустел, но уже через пару секунд на нем появились время и индикатор сотовой связи. Всего одна палочка. Гораздо лучше, чем блокировка сим-карты.
– Разблочила? Дай позвонить, пожалуйста.
Девушка протянула руку между прутьев решетки, но Полина только отмахнулась. Теперь предстояло вспомнить номер. На первый взгляд задача непосильная, но здесь уже можно пару раз ошибиться. Пальцы пробежались по кнопкам быстрее, чем мог сообразить заторможенный разум. Похоже, сработала мышечная память.
– Слушай, ну не будь ты сукой! У меня еще сто лет не будет шанса с мамой созвониться, а ты сейчас домой поедешь…
– Подожди.
– Мне маму успокоить надо. Она боится, что меня к арабам увезли.
– Сейчас, только смс отправлю.
– Дай телефон!
Сосредоточившись на экранчике, Полина заметила мелькнувшую на фоне кисть. Инстинктивно отпрянула. Запястье обожгло. Милана чуть не выбила у нее телефон, успев поцарапать руку.
– Пусть мама молится, чтобы ты попала к арабам. Здесь все гораздо хуже.
– Что ты несешь, сука облезлая?! Запугать меня хочешь?
– Заткнись! Они услышат…
Поздно. С лестницы донесся топот. Усилием воли Полина отключилась от воплей девушки и окриков мужчин, сосредоточившись на тексте. Дурацкий телефон! Чтобы выбрать букву, нужно несколько раз нажимать на кнопку. Чем быстрее стараешься печатать, тем больше трясутся руки. «В музыкальной шкатулке. Позвони мое»… Экран заслонила мужская ладонь. Полина увернулась. Она попыталась нажать на кнопку сброса и одновременно перехватить телефон другой рукой. Кажется, случайно нажала «отправить». Нужно перехватить, очистить!
– А ну дай сюда, – раздалось над ухом.
Короткие пальцы выдернули мобильный из Полининых рук. Мужчина схватил ее за волосы, наклонил и врезал коленом в живот так, что боль отдалась даже в горле. Полина согнулась еще ниже. Из-за этого второй удар пришелся в еле заживший нос. В голове хрустнуло, по губам потекла теплая струйка.
– Где ты телефон взяла, мандавошка?! Говори, а то раздавлю!
– В куртке он у нее был, – донесся женский голос. – В капюшоне.
– Уведи эту шкуру. – Короткий палец указал второму мужчине на Милану. – Еще раз увижу, что из комнаты вышла, выгоню сраной метлой. Хер тебе до старости сосать, а не к олигарху, поняла?!
– Не надо, я не хотела… – бормотала девушка, оглядываясь. – Она меня позвала, ну правда…
Отступив на шаг, он уставился в телефон. Пальцы защелкали по клавишам.
– Вот значит, кто твой человечек. А где эта шкатулка? Дома у тебя? В съемной квартире?
– Не скажу. Вы никогда ее не найдете без меня. Жизнью клянусь.
– Твоей? – заржал он.
– Обещаю, я удалю запись. И отдам вам все деньги. Договорюсь, вам их привезут в обмен на меня. Работница все равно из меня уже никакая. – Полина поднесла дрожащую ладонь к носу.
– Нахрен ты мне вообще теперь нужна, – сказал он, покачав в руке телефон. – Я сам все заберу.
Лиза застыла на середине пролета. На мгновение показалось, будто пол и поручень испарились, а она держится за воздух.
– Привет. Ты Лиза? – спросил мужчина.
В кожаной куртке, джинсах и белых кедах. С прической, напомнившей мультик про блудного попугая. С первого взгляда его можно было принять за полноватого подростка. Но даже в блеклом подъездном свете Лиза заметила мешки под глазами. И голос был взрослым. Сначала она подумала соврать и попытаться дойти до квартиры. Но какой смысл? Если они знают, как ее зовут, то в курсе, и где она живет. Да и не поверят ей, конечно.
– Ну да.
– Отлично. Нам Полина деньги должна была оставить. Они у тебя?
– Нет, она ничего не говорила. А сколько надо?
– Семьсот пятьдесят, как договаривались.
