От управления внутренних дел до почтамта, где имелся компьютерный зал, оказалось совсем недалеко, и Николай отправился туда. Но сначала заручился согласием Влада потерпеть его еще хотя бы один день. Тот даже обрадовался и вручил Лесовому ключи от квартиры, сказав:
— Живи сколько угодно, мне веселее будет.
В письме Митрохину Николай назвался подчиненным полковника Сигизмундова и предложил встретиться в удобное капитану время. Отправил и пошел прогуляться по городу. Зашел в центральный универмаг, погулял по городскому парку, сохранившему кусочек нетронутой тайги, поужинал в кафе. К вечеру приморозило, и Лесовой сильно пожалел, что надел на ноги туфли, а не ботинки на меху.
Почтамт к этому времени уже закрылся, но Николай нашел интернет-кафе, где и проверил почту. На мониторе высветилось: «У вас 1 новое письмо».
«Я на связи. Сообщите, где находитесь», — прочитал он.
Николай быстро отстучал адрес интернет-кафе, и через минуту пришел короткий ответ: «Ждите у входа».
Белая «Тойота» подъехала быстро. Опустилось стекло, и водитель призывно махнул стоявшему на крыльце Лесовому. Николай обошел вокруг машины (как и во всех японских автомобилях, практически вытеснивших из города «Жигули» и «Москвичи», руль у «Тойоты» был с правой стороны), убедился, что Митрохин приехал один, и сел рядом с ним. Капитан оказался крепким лысоватым мужчиной, примерно одного с ним возраста.
— Документы! — потребовал он не слишком дружелюбно.
— К сожалению, я не могу подтвердить, что подчиняюсь по службе Александру Петровичу Сигизмундову, — сказал Лесовой, прекрасно поняв причину недовольства капитана. — В этой командировке у меня нет возможности использовать удостоверение своего ведомства. Могу показать только документы прикрытия.
Он протянул Митрохину красную книжечку. Тот мельком заглянул в нее и проворчал:
— Тоже мне, Джеймсы Бонды! Я уже наслышан о тебе и твоих похождениях. Лучше скажи, чем можешь доказать, что ты именно тот, за кого себя выдаешь?
Он уже не скрывал своего раздражения, и Николай тоже не стал церемониться.
— Пока только тем, что знаю содержание твоего письма, в котором ты писал про Леонида Полищука. Но если не веришь, можешь спросить обо мне Сигизмундова. Он подтвердит.
— За кого ты меня принимаешь, капитан? — усмехнулся Митрохин. — Я сделал это сразу, как только прочитал твое сообщение.
— Майор, — машинально сказал Лесовой.
— Что — майор? — не понял Митрохин.
— В своей фирме у меня звание майора.
— Майор так майор, мне по фигу.
— Так что Сигизмундов?
— А ничего! — отрезал Митрохин. — Молчит полковник. Так что, сам понимаешь, доверия к тебе у меня нет. Появился черт знает откуда, тычешь в нос ментовские корочки…
Лесовой стал злиться. Он и без того нарушил приказ доктора, и теперь Сигизмундову известно, что он приехал в Магадан. Правда, Николай не понимал, к чему такая строгая конспирация, и решил пренебречь ею в интересах дела. А тут этот упрямый и подозрительный фээсбэшник… Но ссориться с ним нельзя, пока есть надежда получить у него важную информацию.
— Слушай, Олег! — Николай решил поговорить с ним прямо, по-мужски, хоть и понимал, что в общении с людьми этой профессии доверительности ждать вряд ли приходится. — Полищук — мой друг, и я не верю, что его нет в живых. Он не из тех людей, кого легко убить, даже из-за угла. Многие пытались это сделать, но ни у кого не получилось. Мне ничего от тебя не надо, кроме подробностей. Я ведь знаю, что ты не все сообщил Сигизмундову. Думаю, эти сведения не проходят по разряду служебной тайны. А твое начальство все равно не знает о проведенном тобой расследовании. Так что давай, колись!
Он брал собеседника на пушку, сразу поняв, что тот не из тех людей, что выкладывают все карты на стол, не припрятав в рукаве хотя бы одного туза. Но Митрохин оказался крепким орешком.
— А я и без тебя знаю, что такое служебная тайна! — недовольно сказал он. — И вообще, не нравится мне твое поведение. Может быть, задержать тебя для выяснения личности? Что-то ты мне подозрение внушаешь…
— Попробуй! — невозмутимо ответил Николай, на всякий случай сменив позу, чтобы удобнее было обездвижить капитана при первом же признаке агрессии. Но до этого не дошло.
— А, конечно! — язвительно сказал Митрохин. — Мы же супермены, спецназовцы, врагов штабелями укладываем, пули зубами ловим! Где уж мне тебя задержать! Хорошо, я тебе кое-что скажу, но, боюсь, тебе это не понравится. Для всех, а особенно для тебя, будет лучше, если ты уберешься из области. Не надо влезать в дела, которые тебя не касаются. И совсем хорошо будет, если ты сделаешь это прямо сегодня.
— Вот так гостеприимство! — Николай сделал удивленное лицо. — Только вчера приехал, а уже гонят взашей!
