Бойд вышел из автомобиля, и остальную часть пути они прошли пешком вдоль следов, оставленных другими машинами. Ноги проваливались в снег по колено, пока они пробирались к дому.
Изможденный, бледного вида мужчина сидел в полицейской машине с двумя офицерами за пределами внутреннего ограждения места происшествия. Лотти была довольна принятыми мерами предосторожности, ведь предполагаемое самоубийство могло оказаться чем-то другим.
— Дерек Харт, — сказал офицер Джиллиан О’Донохью, указывая на сидящего в машине мужчину. — Он обнаружил погибшего. Он очень подавлен.
— Поговори с ним, Линч. Выясни точно, кто он и почему оказался здесь. Если выяснится, что это не самоубийство, то он будет нашим подозреваемым номер один, — сказала Лотти.
— На земле рядом с автомобилем погибшего лежит портфель, — сообщила О’Донохью.
— Пусть криминалисты осмотрят его, когда прибудут, затем отвезите в участок. — Лотти с Бойдом направились в сад.
Прожектор вырисовывал мрачные тени вокруг дерева. На мгновение Лотти отвела взгляд, чтобы изучить парамедика, стоявшего у заваленной снегом машины.
— Вы не спустили его на землю? — спросила Лотти.
— Нет. Я понял, что он мертв, а мужчина, обнаруживший тело, твердил, что жертва знал женщину, убитую в церкви, так что, я подумал, лучше позвонить вам, ребята. Так, на всякий случай.
— Полагаю, вы смотрите «Си-эс-ай»[2]? — спросила Лотти. Мужчина покраснел. — Вам не обязательно отвечать на этот вопрос, — добавила она.
— Я вызвал команду пожарных, чтобы они установили прожектор. Кругом стояла кромешная тьма.
— Почему именно пожарных?
— Без понятия, — ответил парамедик. — Можно закурить?
— Нет, — ответили Лотти и Бойд одновременно.
Отвернувшись от парамедика, Лотти посмотрела на подвешенное тело Джеймса Брауна, освещенное временным светом.
— У меня сложилось впечатление, что сегодня при встрече Браун был не до конца честен со мной. Если бы я надавила на него, возможно, мне удалось бы узнать у него что-то, что спасло бы ему жизнь.
— Может, это он убил Салливан, а затем, полный раскаяния, повесился? — предположил Бойд.
—
— А в припадке ярости? — продолжал Бойд.
Лотти сверкнула в его сторону взглядом:
— Порой ты мелешь такую ерунду.
Тело Брауна слегка покачивалось на ветру, голова свисала на бок, в сторону Лотти, а широко открытые глаза смотрели в никуда. Лотти отвернулась от тела и провалилась в снег.
— В чем дело? — спросил Бойд. — Ты будто увидела призрак.
— Может, и правда увидела, — ответила Лотти.
Она остановилась, оглядывая место преступления. Лежащий на боку и слегка провалившийся под снег стул; портфель на земле рядом с машиной, за которой стояла другая машина. Затем Лотти увидела ключ в замке входной двери. Офицер О’Донохью записывала все, что говорил парамедик; на месте преступления побывали уже все. Лотти сомневалась, что криминалистам удастся обнаружить что-то полезное.
— Предсмертная записка? — спросила Лотти.
О’Донохью пожала плечами:
— Я все кругом обыскала по прибытии, но не обнаружила ничего снаружи. Если и была записка, то где-нибудь под снегом, уже промокшая. Боже, никогда в жизни не видела столько снега.
— А этот Харт заходил в дом? — спросила Лотти, указывая на ключ в двери.
— Нет, насколько мне известно, — ответила О’Донохью.
К Лотти подошла Линч:
— Харт говорит, он друг Брауна и заехал повидаться после того, как узнал о смерти Сьюзен Салливан.
— Как он узнал о Сьюзен?
— Браун позвонил ему. Когда он приехал, то сразу увидел тело и вызвал скорую помощь. Он был здесь, когда приехала первая полицейская машина, не сводил глаз с Брауна. К дому не подходил. По крайней мере, он так утверждает. — Линч смахнула снежные хлопья, размывающие чернила в ее блокноте. — Очевидно, он в ужасном состоянии. Мне вызвать машину, чтобы его отвезли домой, или вы предпочитаете допросить его сегодня?
— Я слишком устала, чтобы формулировать правильные вопросы. Пусть приезжает на допрос утром, — сказала Лотти. Краем глаза она приметила блок аварийной сигнализации на стене у двери. — Спроси его, знает ли он код сигнализации.
— Хотите, чтобы я утром тоже позвонил? — спросил парамедик с улыбкой до ушей.
— Офицер О’Донохью записала ваши показания, — сказала Лотти. — Спасибо вам за помощь.
— О, чуть не забыл, — выпалил парамедик. — Я нашел это в снегу у двери.
Лотти смотрела на его руку в перчатке, сжимающую зеленый фонарик.
— Вы подняли его?
— Ну конечно, — ответил он, смотря на нее широко раскрытыми глазами. — Ох, простите. Наверное, надо было оставить это там?
— Наверное, надо было. — Лотти опустила фонарик в пакет для улик и запечатала его. — Он был включен или выключен?
— Я его выключил. Чтобы сохранить батарейку.
Лотти готова была его прибить, но отвернулась, едва сдерживая гнев.
— Болван, — пробубнил Бойд, когда парамедик удалился.
— Бойд, если не сегодня, завтра кто-то, кроме меня, услышит тебя, и тогда останешься с разбитым носом. Приведи сюда криминалистов.
Зазвонил ее телефон. Корриган.
