Отец Джо достал с полки ещё одну книгу.
— Вам стоит сначала взглянуть на это, — сказал он, открыв уже отмеченную им страницу. — Этот список записей похож на метод слежения, — пояснил он. — Здесь указаны священники и места их службы.
Лотти взяла маленькую книгу и дрожащими руками положила её поверх остальных. Заголовок страницы был написан аккуратным чернильным шрифтом — отец Корнелиус Мохан. Строки ниже описывали движения между приходами и епархиями. Причины таких переводов не были указаны.
— Большинство священников за всю свою жизнь служат в трёх, возможно, четырёх приходах, — сказал отец Джо.
— Но тут их двадцать, а то и тридцать. — Лотти скользила пальцем по странице, считая. Перевернув страницу, она увидела новые списки приходов и продолжила считать.
— Он служил в сорока двух приходах по всей стране, — сказала она наконец, качая головой.
— Интересная история, не так ли? — спросил священник скорее утвердительным тоном, нежели вопросительным, и зашагал по комнате.
— Он менял приходы из-за жестокого обращения? — спросила инспектор?
— Не указано, но священники обычно не переходят из прихода в приход таким образом. Я уверен, что где-то должны храниться приличные записи с обвинениями в его адрес.
— Господи Иисусе, его последний адрес — Баллинаклой, это совсем недалеко от Рагмуллина, — сказала Лотти. — Вам известно, жив ли он ещё?
— Уверен, что мне сообщили бы о его смерти, даже если бы он был на пенсии, — ответил отец Джо, качая головой и опустив плечи. — Ему, должно быть, уже за восемьдесят.
— Вы с ним знакомы? Встречались с ним?
— Нет, я его не знаю. Я был шокирован, обнаружив это.
— Кто-то вручную обновляет данные в этих регистрах?
— Ничто из этих данных не хранится на компьютерах. Хотите отследить эти записи? Точно не в Католической церкви. Она бы сделала всё возможное, чтобы скрыть их.
— Можно снять копии?
— Это запрещено.
Лотти наблюдала за отцом Джо и по его глазам поняла, что он хотел ей сказать. Она прощупала телефон в кармане.
— Вам разве не нужно было воспользоваться уборной? — спросила она.
— Не вырывайте страницы, — предупредил священник, догадываясь о том, что она задумала.
— Спасибо.
— Я вам доверяю.
Слушая, как отец Джо медленно поднимается по лестнице, Лотти казалось, будто его шаги звучали тяжелее под грузом грехов его церкви.
Лотти чувствовала себя нехорошо, изучая записи, и, больше не в силах продолжать чтение, быстро сфотографировала страницы на камеру телефона. Она пыталась записать как можно больше из большой книги. Мысленно составив схему, она фотографировала страницы в хронологическом порядке, чтобы потом собрать всё вместе на своём компьютере. Она пообещала себе, что более это не останется тайной. Имена на этих страницах казались такими обезличенными, лишёнными человечности; Лотти хотелось уделить каждому из них отдельное внимание. Они являлись ссылкой на историю жизни, чьё-то сердцебиение и разбитое сердце. И Лотти была уверена, что они связаны с текущими убийствами в Рагмуллине. Джеймс Браун и Сьюзен Салливан проводили время вместе в «Санта-Анджеле», и детектив была уверена, что связь с их убийствами была похоронена где-то в этом подземелье книг.
Закончив фотографировать, Лотти обратила внимание на полки с регистрами и изучила даты на пыльных корешках книг. От ранних тысяча девятисотых годов до тысяча девятьсот восьмидесятых.
Слегка отклонившись назад, Лотти протянула руку и достала тоненький регистр тысяча девятьсот семидесятых годов со ссылками от А100 до АА550. Она нашла, по её мнению, соответствующие страницы, поспешно сфотографировала их, не читая, и вернула регистр на полку. Она искала регистры с именами мальчиков и нашла их на нижней полке; нашла книгу тысяча девятьсот семьдесят пятого года, сфотографировала каждую страницу и вернула книгу на её прежнее пыльное место. То же самое Лотти проделала с регистрами за первую половину тысяча девятьсот семьдесят шестого года. Она не могла позволить себе прочитать всё сейчас. И задалась вопросом, почему не мог отец Джо точно так же сделать фотографии этих регистров и отправить ей по электронной почте?
Дверь открылась, на пороге стоял отец Джо, держа руки в карманах.
— Вчера вы предположили, — сказала Лотти, — что всё это неким образом связано с епископом Коннором, но я не вижу тому никаких доказательств.
— Посмотрите на подпись в конце каждого ряда, обозначающего переезды священников, — попросил он.
Что Лотти и сделала: написано тонким почерком, но не было сомнений, чьё имя там было указано. Теренс Коннор.
— Мне нужно позвонить Бойду, — сказала детектив.
— Зачем?
— Хочу, чтобы он поговорил с этим отцом Корнелиусом Моханом. Он служил в приходе Рагмуллина и был закреплён за «Санта-Анджелой» в течение трёх лет. — Лотти посмотрела на телефон — сигнал отсутствовал. — Давайте выйдем на свежий воздух, — предложила она.
Казалось, тошнота вот-вот одолеет её после всего прочитанного. Пройдя мимо отца Джо и перешагивая по две ступеньки за раз, она спешила так, словно мертвецы с пыльных страниц ожили и следовали по её стопам.
